Гохр отчего-то отказывался считать эту идею гениальной:
— Ты не справишься с магией того храма, мой мальчик, как бы ты не старался.
— Почему бы и нет? Я и так уже благодаря вам немного знаком с ритуалом возвращения из мёртвых…
— С моей версией этого ритуала. Сильно упрощённой. Оригинальное заклятие весьма сложно.
— Для этого мне и нужно взглянуть на сам храм! Возможно, я смогу почувствовать и понять больше, чем вы!
Большинство магических заклинаний состояло из трёх компонентов: слово, символ, действие. В заклинаниях обычно использовался древний, давно уже мёртвый язык, и значения многих слов уже потерялись. Поэтому магам в основном приходилось просто заучивать заклинания, иногда и вовсе не понимая, что именно лежит в его тексте. Символы, чаще всего руны, могли повторять и усиливать смысл слов, а могли их дополнять или в худшем варианте искажать его. С ними было чуть получше, чем с вербальной частью заклинаний: не считая рун Виарди, остальные руны были почти полностью изучены и описаны. В некоторых случаях графические знаки заменялись жестами: таких магических пассов набиралось около двух дюжин, а их сочетаний чуть более сотни. В общем, ничего такого, что нельзя было освоить за два-три школьных курса. А вот с магическим действием всё было одновременно проще и сложнее. В основе действия лежало два компонента: сама магическая сила, сырая энергия, которая без должного внимания могла уничтожить своего носителя; и воля человека — то, что направляла эту силу, давала ей цель. Отсутствие ясного понимания цели, представления о том, как оно должно было быть, и становилось чаще всего причиной неудач, а то и катастроф. К примеру, то же заклинание левитации было достаточно простым в своём исполнении: всего несколько слов, пара базовых жестов… и всё же большинство магов так и не могли воспарить над полом даже на высоту одной ладони, не говоря же о нескольких метрах. Некоторым мешал взлететь глубоко спрятанный страх высоты, а иные просто настолько не могли поверить в то, что человеческое тело способно на подобные чудеса: дескать, как же, без крыльев, и летать. А то, что ты бессознательно считаешь невозможным для себя, никогда не сработает, как бы ты не твердил себе о своих великих талантах в магии. Лука, будучи человеком, твёрдо стоявшим на земле, в этом убедился на собственной шкуре.
Поэтому-то и необходимо было Луке лично увидеть тот храм и место, где проводился ритуал. Понимание воли заклинания, его внутреннего наполнения, могло дать ему больше, чем знание слов или рун. Очутиться там, прикоснуться к алтарю, и может быть, почувствовать силу того, кого енохианцы так старательно призывали… Только это поможет освоить ему заклинание и обратить его против своих врагов.
— Ты-то сможешь, — проворчал Гохр. — Если тебе не станет там дурно.
— Да бросьте, — махнул беспечно Лука. — Я столько в своё время отстоял в храмах, что мог вытерпеть, даже если сам Иероним решит лично меня благословить. Да и без активации заклинания не думаю, что мне что-то может грозить.
— Мне всё же придётся остудить твой энтузиазм: я просто не знаю, где находится енохианский храм.
— Вы же были там многократно! — возмутился маг.
— И во всех случаях с завязанными глазами. Святая братия не слишком-то хотела, чтобы колдуны знали об их тайнах больше, чем необходимо. Конечно, я кое-что смог понять: мы ехали по мало оживлённой дороге, и путь наш занимал примерно двое-трое суток.
— Местечко довольно заброшенное, и не так далеко от столицы…
Лукреций, порывшись на книжных полка, достал наиболее полную и подробную карту старой Гортензы, и расстелив её на столе, опустил Гохра рядом.
— Из каких ворот вы обычно выезжали?
— Северных… Да, вроде бы там.
— Хм, в той стороне есть небольшой городок к северо-востоку, но он, даже если не торопиться, гораздо ближе к столице. А дальше, дальше…
Взгляд Луки застекленел.
— Эй, ты чего? — встревоженно спросил магистр.
— Нейдельские топи. Сотни акров земли, которые не пригодны для возделывания или проживания на них.
— Ага, в наше время там бандиты от правосудия прятались. Правда, самые отчаянные. Недобрые то земли, опасные… Король наш, Жейдвиг Красивый, как-то повелел магам осушить местные болота, да потом отменил свой приказ.
— Дай угадаю — Церковь воспротивилась?