Все громко аплодируют, включая меня. Присвистываю, стараясь скрыть тот факт, что меня слова Али, почему-то, глубоко растрогали. Слишком глубоко для тридцатилетнего мужика, в принципе, скупого на любые эмоции и слабой эмпатией.
Кир озадаченно подвисает. Машинально отвечает на поцелуй жены, вставая и смотрит на неё. Внимательно так. Откашливается. Чё такое?
— Родная.
Аля улыбается с каким-то лукавым ожиданием.
— Детей? — хрипит Кирюха пораженно. Это, блин, единственное, что он услышал?
— М? — хлопает глазками довольная девушка.
— Ты сказала "детей", милая..
Кир хмурится, глядя на жену, а та расплывается в широкой улыбке.
— Правда?
— Аля? — взгляд друга проясняется и он ошалело улыбается в ответ.
— Сюрприиииз! — смеется девушка, откидывая длинные гладкие волосы за плечо и обнимая мужа.
Она такая маленькая рядом с ним. Хрупкая и забавная.
— Аля! Реально? — Кир подхватывает её за талию и притягивает к себе.
Так. Ну всё. Слишком много нежности для меня.
— Да...хотела сказать тебе на яхте, но проболталась раньше, как видишь..
— Оху...— осекается друг, оглядываясь на дочь. Той, конечно, похер. Она командует пацанами за детским столиком. Сейчас они по очереди кормят её мандаринками, и Макс старается больше всех. — Это лучший подарок, малыш. Спасибо!
Когда до всех, наконец, доходит, в чём дело, поднимается шум и суматоха. Старшие Мурзины плачут, отец Кирюхи и Лара тоже. Все друзья верещат, свистят и улюлюкают. Рина заливисто хохочет, обнимая сестру. Присоединяюсь, конечно. Поздравляю друзей. Второй ребенок. Вау. Это круто. У маленькой Софии будет братишка или сестричка. И я этому искренне рад, потому что брат - это супер. Брат - это семья. Настоящая. Единственная. Самая близкая.
Вечеринка проходит весело и стремительно. Старшие родственники быстро пьянеют, задорно травят бородатые анекдоты, а к десяти вечера уже расходятся спать по своим комнатам. Молодёжь, в которую и меня записали, остается за столом. Мужики трутся у мангала с бокалами виски. Ответственные за мелких Аля, Лера и Женя уводят их спать в большую детскую. Рина прибирает со стола. Ей помогает Диана - помощница и партнер Али в ателье. Молодая девушка с короткой стрижкой и суровым взглядом. Хотя она милая, я общался с ней пару раз. Девчонки оставляют на столе легкие закуски к мясу и сладости. Наблюдаю со стороны за тем, как Рина щеголяет туда сюда от веранды до кухни и светит своими, пиздец, короткими шортами. Трусы это, а не шорты, что бы она ни говорила. И не я один это вижу, судя по тому, как один из друзей Кира пялится на голые стройные бедра девушки. Когда Рина с Ди усаживаются за стол с бокалами мартини и о чем-то хихикают, Михаил сально лыбится и двигает в сторону стола. Раньше он казался мне обычным нормальным мужиком, а сейчас прям бесит.
— Мать мою, кастрюлю. Рина! Ты когда выросла? Охренеть же! — присаживается рядом с ней и подхватывает кудрявые пряди, рассыпанные по оголенным молочным плечам.
— Привет ещё раз, Миш. — улыбается ему своими пухлыми губами.
Наблюдаю. На веранду выходят остальные девочки, рассаживаются за столом. Их мужья, как приклеенные, мгновенно забывают про мясо и стремятся к своим половинкам. Мёдом им там намазано, что ли? Рассаживаются парами. Остаюсь у мангала. Кто-то же должен дожарить эти стейки. Хотя я не повар. Повар сейчас пускает слюни на Рину.
— Аля! — вопит этот кашевар на анаболиках — Ты где её прятала?
— Рина учится в Парижском колледже искусств и технологий. И живет там же.
— Я сражен. Ты потрясающая красотка! — улыбается ей своими винирами.
— Спасибо, Миш. Мне приятно. — смущается девчонка в ответ.
Зачем, блядь, я наблюдаю за этим? Отворачиваюсь к мангалу, в два глотка допивая вискарь. Но уши-то я заткнуть не могу. А кашевар уж больно громкий.
— Да это ещё что! Нам стоит пообщаться поближе, вот тогда будет приятно. — сальными интонациями своими прям бесит.