Глава 12
ГЛАВА 12
Про себя она отметила, что именно такие смешанные чувства должны быть, когда видишь в дверях собственного дома призраков далекого прошлого. Брат, любовник, убийца и безумец в одном лице.
Теперь, когда она увидела то, во что он превратился, она поверила рассказам Тотля. Только сейчас Тотль мало что мог ей ответить. Его голова, с открытыми глазами и вываливающимся из приоткрытого рта языком, раскачивалась в руках Ллотра. Выглядела она, мягко говоря, не очень. Ишчель могла поклясться, что всё то время, что Ллотр шел сюда, он ещё и вёл беседы с отрезанной головой.
- Ну, так что, сестричка, впустишь блудного брата, или так и дальше будешь держать на улице? Дорога к тебе была непростой, шел я долго и... немного устал. Можешь сказать спасибо Тотлю, он подсказал, где я могу Вас найти. - В этот момент Ллотр поднял отрубленную голову и заглянул ей в глаза. - А то я уж и не знал, где искать.
- Ты... Посмотри в кого ты превратился!
- Ой, да брось!.. Лучше посмотри на себя. Сколько ты сидишь на одном месте? Тысячу лет? Десять тысяч?
- Это не важно!
- Не важно, да... Хорошо. А где моя племянница? Или это тоже не важно?
Ллотр молниеносно бросился к Ишчель и свободной рукой крепко сдавил ей горло.
- Проваливай. - Захрипела она.
- Где девчонка?
- Ты ее не заберешь.
- Я заберу всё, что мне нужно.
Он сжал горло крепче и в этот момент услышал голос из комнаты:
- Мама, а кто к нам пришел? - спросила девочка.
- Отпусти меня... - Прошептала Ишчель.
Ллотр отпустил её шею, и они вдвоём развернулись к девочке лицом. Отрезанную голову он спрятал за спину, словно неожиданный подарок. Присел на корточки и заглянул Тэйе в глаза, склонив голову набок.
Он несколько секунд вглядывался в её черные бездонные глаза, белоснежные волосы и молочную кожу.
"Мутант. Совершенное существо, неподвластное Игре и её правилам. Надо отдать должное братцу, он сумел-таки её вывести. Теперь даже жалко, что девочку придется принести Проклятому в жертву. Можно забрать её в обучение, и попробовать переманить на свою сторону. Только вот послушается ли она его? А если всё-таки она станет чёрной? Вот будет славно... Тогда, лет через десять он может начать делать с ней вещи, которые делают взрослые мужчина и женщина, оставшись наедине. Она не только красивая, но и умная. Она..."
- А почему у Вас кровь на рубашке? - Спросила девочка.
- Это кровь одного плохого дяди, который хотел сделать нам всем нечто нехорошее. - ответил Ллотр.
- И поэтому Вы его убили?
- Ну, да. - Он широко улыбнулся.
- Меня зовут Тэйя. - запоздало представилась девочка.
- Какое красивое имя. - Ллотр улыбался. - А меня зовут Ллотр.
- Очень приятно. - Ответила девочка и попыталась сделать приветственный присест.
- А это правда, что у тебя сегодня день рожденья? - Спросил он, пытаясь изобразить искреннюю улыбку.
- Мама говорит, что да. Мне сегодня исполняется пять лет.
- Твоя мама говорит правду... - Ллотр взглянул на Ишчель, стоящую чуть поодаль с закрытыми глазами и что-то бормочущую одними губами. - Что это ты там делаешь? - спросил он у неё.
Ответа не последовало.
Отрезанная голова выпала из его рук и Тэйя закрыла рот руками, чтобы не закричать. Она оцепенела и не могла понять, зачем этот человек принес к ним с мамой в дом мертвую часть тела. Картина эта моментально отпечаталась в её сознании. Мутные закатившиеся глаза, багровый и распухший язык, волосы, серого цвета с запекшейся кровью. Впервые в жизни Туум узрела смерть. И она была отвратительна.
- Что ты там такое бормочешь, сука?!! - Ллотр в бешенстве вскочил и затряс Ишчель за плечи. Её голова безвольно болталась взад-вперед и когда она открыла глаза, он услышал только последнее слово: "приходите..." - Отвечай, дрянь, что ты там такое говорила! - Ллотр наотмашь ударил её ладонью по лицу.
Тишина. Ещё удар. Скула и глаз начали понемногу набухать. Ещё удар.
- Мама! Мамочка, что он с тобой делает! Прекрати! Прекрати! - последние слова девочки были адресованы уже Ллотру. Она подбежала к дерущимся и безуспешно пыталась оттянуть сумасшедшего гостя за штанину.
Ллотр не отвлекаясь от избиения сестры, просто пнул ребенка подальше от себя. Тэйя пролетела пару метров и приземлившись на спину, начала реветь. Сначала тихо, затем всё громче.
- Заткнись! Закрой свой поганый мелкий рот! А ты... Отвечай! Что? Ты? Сделала?
- Сейчас увидишь. - сказала Ишчель и сплюнула кровью на пол.
Тэйя резко замолчала, а в тишине нарастал непонятный хлопающий шум.
- Что это? Что это, блядь, такое?!
Ллотр в растерянности отпустил Ишчель, и та, прислонившись спиной к стене, мягко сползла на пол. Он крутил головой и отчаянно вглядывался в открытую дверь. Шум нарастал. Ллотр достал из сумки два огромных ножа и сбросил её на пол.
Вороны ворвались стремительной и единой стаей. Они метили в глаза и лицо, яростно клевали и вонзали когти в человеческую плоть. Ллотр в бешенстве отбивался он них обеими руками. Из-за плотного вихря птиц тяжело было понять, что происходит. Во все стороны летели перья, кровь и куски мяса. И всё это сопровождалось отборной громкой бранью.
Тэйя, словно парализованная, несколько секунд лежала тихо, боясь будто птицы набросятся и на неё. Только прислушавшись к ним, она начала разбирать обрывки их мыслей.
"Белый человек..."
"Глаза, глаза, глаза..."
"Он должен быть съеден..."
Разум их был затуманен - ярость заглушала всё прочее.
Тэйя бросилась к матери, надеясь, что сейчас они убегут, спрячутся от этого страшного человека и от птиц, которые его терзают.
Только сил встать у Ишчель не было. Она даже не сразу поняла, что девочка пытается докричаться до неё. Пытаясь достучаться до сознания животных, и заместить его, Ишчель рассеивала всю свою силу. Медленно, словно в тумане, она повернула голову к девочке и прохрипела: "спрячься". Из просторной гостиной, где сейчас происходило нечто, выходящее за рамки их обыденной жизни, дверь вела в кухню с массивной деревянной мебелью. Туум закрыла за собой дверь на замок, и спряталась в маленьком шкафчике под мойкой. Она закрыла руками глаза и думала только о том, что не хочет, чтобы человек нашел её и сделал ей так же больно, как маме. Её окружила темнота, и до неё доносились только приглушенные крики из другой комнаты.
Проклятые птицы изорвали ему всё лицо. Когда он порубит этих летучих бестий, он задаст сестренке хорошую трёпку. Око за око, сестричка! И её красивое личико непременно обезобразят полосы шрамов. Из-за беспрерывно мельтешащей воронки пернатых, он не мог их сосчитать даже примерно. Однако Ллотр продолжал рубить их одну за одной.
Когда весь пол был в крови и перьях, он с обезображенным и окровавленным лицом, раскидывая безжизненные тушки ногой, подошел к сестре и вогнал нож прямо под ребра. Но, так, чтобы не повредить сердце и артерии. Просто, чтобы ей было больно. Ишчель тихо охнула и схватилась за нож. На белом платье расцветало алое пятно. Ллотр улыбался безумной улыбкой.
- Нравится мой нож, сестричка? Им я убил всех наших братьев. И тебя тоже убью. Но, не сейчас. Чуть позже. Когда наиграюсь с тобой. Знаешь, ведь у меня с той поры, как мы расстались, не было других женщин. Так что, я остался верен тебе, в каком-то смысле.
- Ллотр, ты же не такой... - Ишчель плакала. - Когда-то ты был добрым и...
- Того добренького бога больше нет! Ты не представляешь, как честно быть самим собой. Настоящим. Ты не притворяешься, не лжешь самому себе, ты - свободен!
- Ты не бог. Ты - дьявол.
- Может быть. Только это уже не важно. Важно то, что Игра уже подходит к концу, и белые фигуры в ней стремительно умирают. А теперь - потерпи ещё немножко.