— О нет, произошла ошибка… клянусь, я не хотел… Готов немедленно предоставить вам другую, более совершенную модель по той же цене.
Похоже, имя «Берг» в Алькатване открывает любые двери. Удачное совпадение, которым грех не воспользоваться, пока она здесь.
— Да уж будьте настолько любезны. Мне нужно в Олабар. Зона дельта — си, или Чаша Богов. Надеюсь, вы знаете, где это? И если ваша чертова посудина не дотянет до места назначения, клянусь, у вас будут очень большие проблемы с бизнесом.
— Я сам мог бы вас туда доставить, — произнес торговец. — За некоторую дополнительную плату, разумеется… я отличный летчик, — похоже, жадность отчаянно боролась в нем с природным инстинктом самосохранения, но тут он сообразил, как устранить внутреннее противоречие. — Или наш пилот, Рауль. Миссис Шаиста сама пользуется его услугами, он прекрасно знает дорогу. Относительно недавно Рауль как раз побывал с ней в этом вашем Олабаре. Дайоны, да? Занятный реликтовый народ. Вы, вероятно, тоже интересуетесь древними артефактами? Вы коллекционер? Сейчас многие влиятельные люди увлекаются артефактами. Достойное вложение капитала и захватывающее занятие.
— Да, — подтвердила Джун. — Это у нас семейное.
Разумеется, она не представляла себе, о чем речь, но довольно уверенно блефовала, чувствуя, что у нее неплохо получается.
— О, я знаю, — воскликнул торговец, — покойный мистер Грегор заложил основу уникальной коллекции… его аукционы собирают толпы людей со всей Галактики. Великий был человек!
Грегор. Тревер не раз называл это имя. Папаша Грегор, на которого он когда‑то работал, злобный, коварный и чертовски богатый тип. Джун вспомнила некоторые подробности. Нет, какова, в таком случае, гримаса судьбы… Правда, насчет Шаисты она ничего не знала. Если бы Тревер говорил о ней, Джун бы запомнила такое странное редкое имя. Шаиста Берг. В то, что это не более чем случайное совпадение, верилось все меньше и меньше. Фамилия папаши Грегора звучала, кажется, совсем иначе. Джун постаралась вытащить ее из глубин памяти.
— Аукционы Грегора Леннокса — это что‑то, — продолжал торговец. — Ну конечно, я слишком мелкая сошка, чтобы участвовать в таких грандиозных торгах, но знавал немало людей, готовых вложить все свое состояние в…
Леннокс. Точно. Джун машинально погладила блестящий серебристый фюзеляж турболета.
— Для Шаисты его смерть была большим потрясением, — заметила она.
— Еще бы. Они с отцом были очень близки, на редкость. Он завещал ей все свои деньги, недвижимость и, разумеется, коллекцию оружия. Единственная дочь… вполне естественно.
Почему Тревер никогда о ней не говорил? Он не мог не знать о ее существовании. Наверняка более чем знал…
— Какой смысл пережевывать то, что мне известно не хуже, чем вам? — Джун изобразила искреннее удивление. — Вот что. Я собираюсь вылететь в Олабар завтра же. Цена меня не волнует. Вызовите вашего Рауля, пусть он будет готов. А заодно и, — она заговорщически подмигнула, — все документы, обеспечивающие мне свободный доступ в Чашу.
— Там сейчас небезопасно.
— Плевать, я люблю риск, без него жизнь становится отвратительно пресной. Взамен, если вы сделаете все как надо, я обещаю ничего не говорить Шаисте о маленьком недоразумении, способном подмочить вашу деловую репутацию, идет?..
Безусловно, ей следовало отправиться в Олабар нынче же, а не откладывать путешествие на сутки. «Я тоже дерьмовый солдат, — честно призналась себе Джун. — Вся в дорогого супруга». Увы, несмотря ни на что, она была женщиной. А попробуйте отыскать в Галактике хоть одну Евину дочку, которая, узнав о существовании некоей неведомой ей доселе пассии своего мужа — пусть даже эта связь относится к довольно далеким временам — не постарается выяснить максимум подробностей и займется чем‑то другим прежде, нежели расставит все точки над «i»!
Шаиста была не просто «пассией» Тревера. Она до сих пор носила его фамилию, ту же, что и Джун. Это могло означать только одно. Шаиста являлась ее предшественницей, еще одной бывшей женой Тревера. К чести его следует заметить, что он никогда не обсуждал с одной женщиной достоинств и недостатков другой, хотя дело тут было не в моральных принципах. Мгновенно увлекающийся, влюбчивый, как мальчишка, Тревер попросту забывал о «других», оказавшись рядом с нынешней королевой своего сердца. Ну, было и было. Ошибка молодости, причем понятно, что далеко не единственная. Ничего, подумала Джун, когда она снова встретится с Тревером, ему все‑таки придется ответить на несколько неприятных вопросов — раньше она избегала их задавать.