Не в ее правилах было ворошить прошлое, однако сейчас Шаиста так глубоко погрузилась в воспоминания, что даже не сразу заметила явившегося на ее зов Риго.
— Опять мысли подслушиваешь? — недовольно вскинулась она. — Ну и черт с тобой. Да вот, представь себе, что в моей жизни был потрясающий мужчина, не тебе, уроду, чета. Такой, как он, и не плюнет в твою сторону.
— Ты звала меня, чтобы это сказать? — невозмутимо поинтересовался слуга.
— Ах, что ты можешь понимать в любви, — отмахнулась женщина. — У тебя ведь нет такого опыта.
Риго не стал возражать. Шаисте совершенно необязательно было знать о том, что ему‑то как раз о любви известно куда больше, чем ей, если не иметь в виду омерзительную возню потных тел в постели, а говорить о несколько иных категориях. Например, об уважении, верности и долге по отношению к любимому человеку. Такому, каким для Риго был Грегор. Пусть даже тот так никогда официально и не признал его как своего сына, это не имело никакого значения. Грегор мог спать спокойно. Риго, пусть и с некоторым опозданием, но постарался выполнить то, чего он так хотел, и осуществил месть, смыв позор с имени Ленноксов как подобает — кровью врага. И это убогое создание, которому он служит теперь — опять же только ради Грегора — уж точно никогда больше не увидит своего «потрясающего мужчину». Просто потому, что тот, о ком она говорит, больше двух лун назад остался подыхать в лесу за много миль от любого населенного пункта, беспомощный, истекающий кровью, с отравленным бронзовым наконечником оперенной частью стрелы в плече. Он, Риго, сделал это, поборов инстинктивное дайонское неприятие такого рода насилия, ибо, слава богам, в нем есть и иные гены. Может быть, он не совсем завершил начатое. Выпустить стрелу оказалось проще, чем добить раненого врага — это оказалось выше возможностей Риго, но ведь у того человека в любом случае не оставалось никаких шансов. На всякий случай Риго стер из его памяти их встречу и все, что ей предшествовало.
Что до Шаисты, ее оскорбления совершенно не трогали его. Риго был выше них. Он руководствовался одним из девизов своего отца — о, видят боги, в куда большей степени его, чем этой женщины, ведь Риго унаследовал самый дух рода Ленноксов! — «Мою обиду нужно еще заслужить». Поэтому он спокойно ждал, пока она наконец соизволит сообщить ему о цели вызова.
— Ну, не принимай мои слова близко к сердцу— Шаиста улыбнулась, — ты ведь знаешь, язык мой — враг мой, я частенько позволяю себе говорить лишнее. Как‑никак, мы с тобой не чужие друг другу, верно? Ты ведь мне поможешь и на этот раз? Дело — сущий пустяк для тебя. Со мной пожелала встретиться некая женщина. Она не представилась, но я выяснила, что она сейчас находится в отеле «Андомора». Могу себе представить, что это за особа, если не считает ниже своего достоинства поселиться в такой жуткой дешевой дыре! Отправляйся туда и выясни, что ей на самом деле от меня нужно. Мне она не нравится. Я хочу знать заранее, о чем она намерена мне врать.