Не удивительно, столько пронестись сквозь время.
Где-то в глубине сознания родились чьи-то мысли и грешник отчётливо осознал, что в теле осталось всё таки душа не только его. Внутренний голос орал не понятным языком, хотя Русский он знал прекрасно.
И знания! О боже сколько знаний разом обрушилось на Георгия!
Он схватился за голову и сидел на полу раскачиваясь взад вперёд, потихоньку усваивая всю ту информацию, что была у этого отпрыска накопленна тысячелетиями.
Зарычав как зверь, он вскочил на ноги и метался по непонятной, тёмной комнате, периодически падая и раскачиваясь.
Резкий свет, появившийся в проёме, на мгновение выдернул из этого шквала информации, но буквально через секунду, грешника опять захлестнуло неясностностью и бешаностью исходящих из его же мыслей.
Он не мог контролировать не себя,
не то что с ним происходило.
Чьи-то крепкие руки схватили его, он почувствовал какой-то тычок, как будто слепень укусил в шею.
и в голове чётко пронеслись мысли, при чём явно не его.
– Да какой нафиг слепень!
Успокоительное Саныч вколол!
Георгий начал медленно погружаться в небытие, сил не было совершено, единственное что он успел рассмотреть, это глаза!
Всё те же глаза Волхва!
Только на другом, более молодом и бритом лице.
– Любомир!?
Прошептал Георгий-Амартол и погрузился в небытие.
Гостья
Его путь был дольше и тягостнее,
чем у Амартола.
Он видел как крестили Русь, как пала в веках Византийская империя. Как междоусобицы терзали ту землю которую он тщательно берёг.
Сперва к нему приходили, потом забыли о нём, чего по сути Любомир и добивался.
Старался помогать не пересекаясь с людьми.
Перенапровлял энергию того или иного предводителя в нужное русло, для сохранения стабильности и благополучия, через сны и в моменты молитв тех.
Присоединяясь к потокам вселенной, поддерживал свою жизненную энергию, хотя понимал, что придётся всё же продлить своё существование через своё семя, дав род потомкам.
Но оттягивал момент сий.
Общаясь с лешим, поведал что кручинит его.
Тот подсобить пообещал и момент такой однажды настал.
Заплутала девушка молодая в лесах Муромских.
И оказалось, что не может выйти из леса, по одному и тому же месту ходит, как по кругу.
Девушка, а её звали Рада, уже отчаиваться начала, вечерело уже и боялась, что в лесу почивать придётся, как вдруг вышла к землянке старой, а возле землянки сидел парень лет этак, на вскидку тридцати, хоть и с бородой окладистой.
Рада смущенно приблизилась поближе и парень заговорил с ней.
– Здравствуй красавица, каким это ветром тебя в чашу лесную занесло?
– Да вот
Пожимая плечами ответила Рада.
– И сама не понимаю как тут очутилась.
Вроде по тропинке шла, шла, а пришла неведомо куда.
Любомир улыбнулся в бороду.
– Знать судьба сама привила тебя?
Сама то чьих будешь?
– Дочь кузнеца я, да токмо нет отца моего, ушел в сечу ратную, три зимы тому назад. Да так и не вернулся.
Мамка любила его сильно, не выдержало сердечко её, от горя такого померла, уже как год сирота я.
Рада и сама не понимала почему она рассказала всё без утайки этому странному парню. Чувствуя в нём силу необъяснимую.
И не перебил ведь ни разу, пока она душу ему изливала.
Присев рядом с ним, она почувствовала защищённой себя, как в детстве рядом с отцом.
Так они пробалтали во поздней ночи.
Но говорила в основном Рада, а парень просто ей любовался.
Рада