Тарим, как и ожидал утуроме, оказался седым стариком в длинной белой хламиде. В полутьме пещеры она казалась светящейся.
— Джалал говорил мне о тебе, мальчик. Садись… — приказал прорицатель. — Знаю твоих друзей и врагов… — Старик отпустил руку.
Затем старик встал на колени. По сравнению с Аму, он казался великаном. Утуроме тоже хотел преклонить колени.
— Тебе не нужно… — объяснил Тарим, — сиди и думай о чем думается.
Старик закрыл глаза и затянул длинную песню-молитву.
Аму потерял счет времени. Наконец провидец снова сел рядом с ним.
— Ты многого не знаешь, мальчик, — монотонно начал старик, — и я постараюсь помочь тебе. Злой человек управляет вашей страной. Злой колдун, называющий себя Богом.
Аму улыбнулся. Все это он знал.
— Но сила этого человека не безгранична, — продолжил Тарим, — колдовские пояс и шлем увеличивают ее. Увеличивают так, что весь Утуран простерся у его ног. Ваш народ не познал свет Хайхора и в слепоте своей оказался слабым. Это ваша беда.
— Пояс и шлем? — задумчиво произнес Аму.
— Да, мальчик. Тот самый шлем, который был продан тобой и твоими друзьями в Хасе. И пояс, тот самый пояс, что долгие годы хранился у тебя…
— Сафр?.. — неуверенно спросил юноша. — Торговец купил у нас шлем, и затем я подарил ему пояс.
— Сафра я не видел и не знаю, как шлем и пояс попали к колдуну… Но знаю, что нашел их ты…
— Нашел их я, — автоматически повторил Аму.
— У тебя есть сила, мальчик. И ты можешь стать великим воином.
Старик говорил внятно и просто, но чувство вины, внезапно охватившее молодого воина, мешало сосредоточиться. «Это мой шлем, мой пояс, и, значит, часть снов, часть видений — правда… Неужели и те мерзости — тоже…»
— Успокойся. — Тарим снова взял руку Аму, и тот почувствовал, как остановился поток тяжелых, стирающих в пыль сознание, мыслей.
— Ты еще не научился отличать ложное от истинного… Ты еще молод. Но у тебя есть силы. И у тебя есть время исправить ошибки. — Старик на мгновение замолчал, затем продолжил: — И еще. В битве используй свою волю. Ты не колдун, но твоя воля велика. Не позволяй смятению овладеть тобой. Так ведь учил Кех, — старик улыбнулся. — Да поможет тебе Всемилостивейший Хайхор!
Аму собрался встать и поклониться старцу, но Тарим задержал его.
— Я старый человек. И редко Хайхор открывает мне глаза на то, что впереди. Но сейчас… Силы Асты встревожены… Сам Хайхор обратил лик свой к Асте и благословляет мое пророчество. Сейчас я постараюсь помочь тебе. Внимательно слушай каждое мое слово.
Прорицатель снова закрыл глаза и начал молиться. Неожиданно его песня прервалась, и он заговорил. Заговорил на ромети, голосом, похожим на голос самого Аму:
— Иди на север… На севере звезда Хайхора… Темнеет… Фэйры не ответят, но ключ дадут… Дадут… Темно, но вечен свет Хайхора… Твой путь долог… Враги снимают маски… Синее с красным — опасность…. Остерегайся… Остерегайся змеи… Твой путь долог… На север… на Запад… Откуда они пришли, там найдешь, что ищешь, откуда они пришли… Там… Там молочные реки… Там корни добра и зла… Хайхора свет на твоем мече… Над всеми свет Хайхора… Синее с красным опасно… Корабль опасен… Темно… Торговец из Атуана… Торговец… — Старик замолчал.
После долгой паузы прорицатель продолжил уже своим голосом:
— О, воистину велик Хайхор, единый и всеведущий!
С этого момента слова старика не оставляли Аму. Работая ли, отдыхая ли, он все время размышлял над ними. «Фэйры знают многие тайны… Значит, надо отправляться в Роа-Марэ… Но путь туда только морем, на корабле. И гавань фэйров закрыта для обычных людей… А что за синее с красным? И змея? И где молочные реки? Фэйры знают?»
За три ира Аму накопил достаточно денег, чтобы оплатить проезд на корабле до Атуана или же до Суана. Он уже побывал на пристани, поговорил с капитанами и ушел выбрать один из парусников, но вдруг произошло событие, существенно изменившее его планы.
В базарный день у ворот дворца он встретил Сафра. Сначала Аму не узнал торговца. Его несли в паланкине несколько дюжих слуг. В расшитой золотом красной рубахе, белой шапке и черных шароварах, Сафр был похож на богатого жителя Хорсы.
— Сафр?! Ты ли это, Сафр?! — Аму бросился догонять паланкин.
— Аму? — удивился купец. — Как ты здесь очутился?
— Все происходит по воле богов, — ответил Аму.