Перед глазами утуроме вновь появились расплывшиеся трупы Хруга и мортеров на запыленном полу. И вновь он ощутил запах. Неприятный запах разложения.
— …Да, и в потолке темнела трещина… Оттуда капала какая-то слизь, — продолжил Аму, — я вновь был собой, я чувствовал запахи, голод, жажду, я хотел уйти из подземелья… Но я и не забыл того, что узнал от Тореха: красный выступ жезла убивает Псира Урха, а желтый превращает в камень всех, на кого направлен этот жезл. А зеленый, — Аму указал на маленький зеленый выступ, — высвобождает силу Псира. С этим оружием я прошел Магр без труда. Но так и не выяснил, кто оказался моим спасителем. Может быть…
— Может быть, маг?
— Может быть, и маг… Но расскажи, как ты. Вижу, к тебе быстро вернулось зрение.
— Не так уж и быстро, целый ир…
— Что? — удивился Аму. — Какой ир? Сколько же я тогда…
— Ты был в Магре больше трех иров.
— О Боги… — пробормотал Аму. — Что же с Утураном?
— Все по-прежнему… А ир тому назад люди Урумана искали проводника и вновь ходили в Торех. Это и был, видимо, тот отряд… с этим… Как ты его назвал? Хругом.
— Они не знали, что ты был со мной?
— Нет. Никто не вернулся. Для всех — ты убит… А твои деньги по-прежнему у нас. Лисанна сохранила… Надо поднять флаг, флаг к возращению.
Но поднимать его не было необходимости. Унриты заметили бегство чудовищ и сами, без сигнала вернулись в город. Улицы давно не были так многолюдны и веселы. И, естественно, в молодом, но седобородом человеке никто, кроме Джафа и Старика, не признал Утуроме.
— Джаф, — сказал Аму, уже сидя за столом в «Радости унрита», — мне нужна сиасса, ходкая и маленькая, такая, чтоб я мог управиться с ней один. Думаю, что за безделки, принесенные мной, можно достать подходящий кораблик…
— Товару хватит на десять, — ответил Джаф.
— Хорошо, но мне хотелось бы сегодня…
— Не спеши… Ты просто обязан погостить у нас с Лисанной до завтрашнего утра.
«Что ответить Наани Суанисси? Неужели он не понимает, что даже через десять иров я буду ждать Аму…» Тиана закрыла глаза и представила лицо возлюбленного. В этот раз он был сосредоточен, словно готовился к смертельной схватке. Последнее время она часто представляла Аму именно таким.
«Улыбнись», — попросила Тиана. Но видение лишь кивнуло в ответ, оставаясь по-прежнему сосредоточенным. Она заснула лишь под утро.
Но вскоре ее разбудила служанка.
— Госпожа, вас зовет мальчик.
Тиана побежала в детскую.
— Мама, мамочка!
— Что, сынок?
— Я боюсь…
— Не надо бояться, я рядом…
— Там… Человек… Темный, большой… Мне страшно…
Тиана потрогала рукой лоб малыша. «Ох уж этот Каисси. Опять на ночь страшные истории рассказывал…» — рассердилась она на брата. Но вдруг сама почувствовала, как сердце потянула вниз невидимая тяжесть. Она присела на край деревянной кровати. И закрыла глаза. Аму улыбался…
Аму улыбался. Головная боль за последние дни усилилась, но пока он еще справлялся с ней, и маленькое суденышко на всех парусах летело по направлению к зловещему острову. Встречный хефен поднял вымпел, но Аму даже не мог ответить. Сиасса словно приросла к его телу.
Наконец на предрассветном горизонте появился Урх. Утуроме закрепил руль, перебрался на нос, направил жезл в сторону черной точки и нажал на красный выступ.
Внешне ничего не произошло, но маг неожиданно почувствовал, что шлем и пояс уже не передают его волю. «Что случилось!» Уруман надевал и снимал шлем, переставлял шнур с рога на рог… Ничего не помогало. Теперь это были обычные мертвые вещи Древних.