Глава вторая
ЗЛОВЕЩИЙ ОСТРОВ
(2888 ир)
«Уту, великий Уту, помоги мне! Сделай так, чтобы отец вернулся…» Аму сидел на берегу, еле сдерживая тяжелые слезы. Маленькая эллора, приняв белую ткань рубахи за цветок, опустилась на плечо юноши, но он даже не пошевелился. Прошел уже менс, как пропал в море Сехем, его отец. Он ушел вместе с соседом Кхетом на паруснике, который Аму купил в Атуме несколько иров назад.
В то далекое время жизнь Аму протекала спокойно, как полноводный Тум. Деньги, вырученные за шлем, позволили ему не только приобрести корабль, но и насладиться всеми прелестями столичной жизни.
Однако эти прелести быстро наскучили юноше: ни две милые, смешливые амауны Нути и Фати, с которыми его познакомил Хемса, ни хорское розовое вино, ни ласковые безопасные пляжи Атума — не могли заглушить тоски, охватившей Аму после нескольких дней жизни в столице.
Он начал скучать по Уру, менее многолюдному и более спокойному, чем Атум, по его низким белым крышам, по домам-ступеням, по храмам, прилепившимся, словно грибы, к прибрежным скалам. По храмовой библиотеке, по кузницам отца… и по людям. Все чаще он видел во сне мать: она умерла, когда Аму было всего шесть иров, оставаясь с той поры для него самой красивой женщиной в мире.
Отец, стройный и высокий седобородый, старик, появлялся во снах с неизменной чашечкой сетфи. Вокруг него почти всегда сидели заказчики: воины, ткачи, землепашцы. Аму помнил их с детства — Сехем был начальником цеха кузнецов Ура и поставщиком всех железных изделий, начиная от мечей и кончая плугами.
Аму улыбнулся, вспомнив, как шутили соседи: «У Сехема сотни бритв, острее которых и быть не может, и всего одна борода… Она что, железная?» Это прозвище Железная Борода быстро закрепилось за ним и стало вторым именем отца Аму. Похоже, что оно нравилось Сехему. Таких бородачей среди жителей Ура было немного: утуроме, как правило, до глубокой старости тщательно брились.
Вернувшись в Ур, Аму принялся помогать отцу и целыми днями пропадал то в кузнице, то в воинской школе, умудряясь совмещать дело предков и дело сердца — Аму всерьез мечтал о карьере воина.
Сехем не препятствовал занятиям сына, наоборот, даже гордился его умением фехтовать. И когда в его доме гостил кто-нибудь из стражей границы, он звал Аму: «Сынок, ну-ка, возьми эту деревяшку, — он протягивал сыну и гостю вырезанные из дерева мечи, — сразись с воином». И не раз после удачного поединка гость приглашал юношу в свой отряд. «У него будет свой собственный отряд», — гордо говорил Сехем.
Аму снова помрачнел: «Где он? Какая беда с ним приключилась?» Юношу не оставляло чувство, что отец жив… Он поднял глаза на залив, усеянный корабликами и лодками рыбаков. «Какой демон потянул их на эту рыбалку?» — в сотый раз спрашивал себя Аму. Он не мог поверить, что отец стал жертвой уранмарры или гигантского саркула. Такие случаи были редки. «Однако Анох… — Аму вспомнил рассказы полусумасшедшего старика о морских чудовищах и содрогнулся, — нет, нет. Я бы почувствовал… Отец жив».
Каждый свободный день Аму выходил на рыбацком суденышке в море, осматривая остров за островом, скалу за скалой. В основном острова были пустынны, только на одном из самых крупных высился старинный замок, хозяином которого являлся темный маг Уруман. Сам остров назывался Урх. Рыбаки обходили это место стороной, а если кому доводилось ловить рыбу неподалеку от острова, то вместо смиал, хастаутов и небольших саркулов попадались морские чудовища или, что еще более удивительно, сети оказывались полными гладких, покрытых зеленой слизью, камней. Говорили, что часто над плоской крышей башни сверкают молнии, а иногда среди бела дня вокруг нее подолгу висят черные тучи, похожие на великанов, и рокочет гром, словно великаны беседуют между собой.
Маг не вмешивался в жизнь людей, и Аму не помнил случая, чтобы Уруман тронул кого-нибудь из обитателей Ура, однако сами они предпочитали не иметь с ним никаких дел.
Хозяин суденышка отказался идти к замку, поэтому юноше пришлось в одиночку, управляя одновременно и рулем, и шкотами, совершить путешествие к зловещему острову. Он причалил к массивным воротам, закрывающим вход во внутреннюю гавань, и постучал багром по железной створке. Ответа не было. Он ударил сильнее… Гул прошел по всему замку.