Ваня, схватив пистолет обеими руками, направил его в сторону мишеней. Рядом с ним, придерживая оружие, присел на корточки отец.
- Вообще-то пистолет двумя руками держат, только когда ждут долго, чтобы не уставать, - объяснил Белов. - А для меткости это плохо.
- А как же, я в кино видел... - удивился Ваня.
- Ну, мало ли. Это же просто кино.
Ваня послушно убрал одну руку, ствол пистолета тут же беспомощно задрожал и клюнул вниз.
- Да, - вынужден был согласиться Саша, - держи двумя, одной тебе тяжеловато пока. Так, теперь указательным пальцем возьмись за курок. Целься правым глазом, левый закрой. Думай о мишени, дыши ровно... Потом задержишь дыхание и медленно нажмешь на курок, понял? Ну, сынок, давай...
Белов был чуть сзади, он не видел, как Ваня со страху крепко зажмурил оба глаза и резко надавил на курок. Громыхнул выстрел. Мальчик сразу же широко распахнул глаза и восторженно посмотрел на отца.
- Классно!.. - ошеломленно выдохнул он.
- Ну и куда ты попал? - Саша нагнулся к окуляру оптической трубы, пытаясь отыскать на мишенях след от пули. - Ты в левую или в правую стрелял? А, Вань?.. Куда целился-то?
- В мишень... - растерянно протянул мальчик.
- Эх ты, мазила! - улыбнулся Белов. - Ну-ка посмотри, как папа будет стрелять.
Он выпрямился, поднял голову, вытянул руку с пистолетом и, целясь, прищурился. Губы его поджались, лицо окаменело. Ваня, не сводивший с отца глаз, пробормотал:
- Пап, ты похож на Бэтмена...
Вместо ответа Саша один за другим сделал несколько беглых выстрелов. Пули кучно легли в центр мишени.
- Ну вот... Учись, пока я жив... - улыбнулся Белов и, сообразив, что ляпнул что-то не то, тут же шутливо шлепнул себя по губам.
- Пап, дай посмотреть... - Ваня на цыпочках тянулся к трубе, не доставая до окуляра. Саша его приподнял, и мальчик восхищенно воскликнул: Улет! Молодец, пап! Все-все прямо в десятку!
Саша перезарядил опустевший магазин, протянул пистолет сыну:
- Ну, теперь ты...
Но Ваня и не взглянул на оружие. Он вдруг поднял на отца круглые, встревоженные глаза и еле слышно прошептал:
- Пап, ты не уйдешь от нас?
У Белова перехватило в горле. Он опустился на корточки перед сыном и медленно покачал головой:
- Никогда...
- Никогда-никогда? - засиял, мгновенно поверив отцу, Ваня.
- Никогда-никогда... - повторил, как заклинание, Белов.
Ваня бросился ему на шею и, тесно прижавшись, замер. Саша тоже не двигался, с замиранием сердца ощущая щекой горячее, взволнованное дыхание сына.
В тире они провели чуть ли не полдня, и Ваня, в конце концов, начал попадать в мишень. А потом еще было кафе и миндальное мороженое в хрустальных вазочках, и карусели в Парке Горького, и игровые автоматы... Вот только в зоопарк в тот день они так и не попали.
На дачу Белов с сыном вернулись только вечером, когда Ольга уже начала волноваться. Ваня наотмашь распахнул дверь и, на ходу расстегивая куртку, затопал вверх по лестнице. Следом в дом зашел Белов.
- Ванька, помнишь уговор? - шепотом спросил он сына.
- Железно! - кивнул тот и радостно закричал: - Бабуля! Мы в зоопарке были! Там так круто все!..
Елизавета Андреевна уже была тут как тут.
- Да? Очень хорошо! - приговаривала она, помогая правнуку справиться с курткой. - Ванечка, и обувь сними, а то наследишь...
Сверху, аккуратно причесанная, в новом нарядном кардигане, спустилась Оля. Саша молча передал ей Ванину шапку. Она также молча взяла ее и, слегка улыбнувшись, благодарно ему кивнула.
- Вань, а перчатки где? - спросила она сына.
- Вот! - Ваня выдернул из кармана перчатки, и на пол, прямо под ноги Оли, со звоном посыпались пистолетные гильзы.
- Это что такое?! - испуганно ахнула бабушка.
- Эх ты, конспиратор!.. - буркнул Белов.
- Так, понятно. Мартышек мочили. - Ольга резко повернулась к Саше. От ее легкой, чуть кокетливой улыбки не осталось и следа. - Ты что, обалдел?!.. - сердито спросила она.
Ваня виновато взглянул на отца и вздохнул.
- Ладно, Ванька, не дрейфь... - подмигнул ему Саша.
- А где свитер?! - встряла с раздраженной репликой бабушка.
- Свитер в машине, я принесу потом... Жестким, категорическим тоном Ольга приказала сыну:
- Так. Иди умывайся, ужинай и спать. На репетицию завтра рано.
Ваня бросил на отца еще один виноватый взгляд и, свесив голову, вышел из комнаты. Следом за ним ушла и возмущенная Елизавета Андреевна.
Оставшись вдвоем, Беловы замолчали. Саша рассматривал опустившую глаза Олю. Он никак не мог понять - она действительно похорошела, или он просто успел от нее отвыкнуть?
- Ты покрасилась, что ли? - смущенно спросил он.
Ольга не ответила, даже не взглянула на мужа, но встряхнула головой и откинула волосы назад. Они еще немного помолчали. Ольга злилась. От нетерпеливого ожидания этого разговора, с которым она провела весь день, не осталось и следа. Ничего не изменилось, ее муж оставался все тем же Сашей Белым - бандитом, развлекавшим пятилетнего сына стрельбой из боевого оружия! А ей-то, дурочке, казалось... Сейчас она уже была уверена в том, что дело, о котором он говорил утром, связано с чем угодно, только не с их семейными проблемами. Скорее по инерции, чем из любопытства она сухо спросила:
- Ты хотел поговорить? Ну давай, излагай, я слушаю...
Белов посмотрел в ее холодные глаза и понял, что разговора не получится. Любые его слова, любое предложение сейчас будет встречено в штыки. К тому же съемки в "семейном" ролике Саша хотел использовать как повод для примирения. А какое уж тут примирение, если на тебя смотрят такими глазами...
Впрочем, Белов сделал еще одну попытку сгладить ситуацию. Он сел за стол и вполне миролюбиво предложил:
- Может, чаем угостишь? Сушками там... Что у вас есть?
- Ты кого из сына делаешь, Саш?! - взгляд Ольги стал еще жестче, еще сердитее.
Белов поморщился, как от зубной боли.
- Да брось ты, Оль... Он в Англии будет учиться. И все у него будет путем. Просто он парень, а ты его скрипкой мучаешь.
- Ничего я не мучаю! - моментально вскинулась жена. - Ему самому нравится!..
Пряча скептическую улыбку, Саша опустил голову и безропотно согласился: