- Влад! – Слава с грохотом поставил бокал. – Юра мой близкий друг. Во-первых, у Старика группировка побольше твоей будет…
- А во-вторых, побеждают не количеством, - спокойно перебил Булатов. – А возможностями и талантами.
- Юра послушал меня! Но твоя выходка со складами…
- Да мне похер! Передай своему близкому другу, что дальше будет круче.
- Согласись, что лучше делать деньги, чем воевать, - с выражением взывал Вячеслав. – Лучше строить семью. Проводить время с любимыми людьми, - Вячеслав кивнул на обручальное кольцо Булатова, - а не шпиговать друг друга пулями. В чем резон? Мы вовсе не чужие люди, и между нами не должно быть распрей.
Булатов сделал едва уловимый глоток спиртного. Взглянул на собеседника. Очки с затемненными линзами. Нет, тот никогда не жаловался на зрение, но скрывал взгляд. Прятал глаза, точно зная, что это один из индикаторов лжи. И более всего, Слава не любил снимать очки при Булатове.
с выгодой для себя, но говорил верно. Ничто не осложняет путь сильнее, чем война между попутчиками, которые следуют за единой целью.
- Передай Данишевскому, что я жду его в гости, - равнодушно вынес вердикт Булатов. – Деньги так деньги.
Слава уважительно кивнул и предложил соединить бокалы в тихом звоне.
После краткого обсуждения развития внутреннего рынка и возможных сделок, мужчины распрощались.
Влад откатился назад на кресле и взглянул на оружие. Не пригодилось. Сотрудничество с Данишевским – выгодная игра. Для всех. И опасаясь провала, тот предусмотрительно прислал одного из советников.
Потянулся к пачке сигарет и услышал, как открылась дверь кабинета. Повернул голову и замер. В дверном проеме стояла рыжая. Искренне не веря происходящему, поддался эмоции удивления. Выбросил сигареты и мельком взглянул на пистолет.
Рыжая продолжала стоять, крепко сжимая дверную ручку. Влад аккуратно встал, показывая ладони. Теперь главное не упустить предателя. Указал на кресло, и женщина прошла в кабинет. Булатов живо закрыл дверь на ключ, на что рыжая отреагировала. Заметила.
- Я ничего не сделаю, - Влад поймал её опаску.
Вернулся за стол и открыл ящик. Достал глушитель, бесшумно оставляя на поверхности стола, и зажигалку. Дешевая пластиковая зажигалка, что валялась в столе. И наконец-то пригодилась.
- И что дальше? – закурил и внимательно посмотрел на женщину.
- Меня ищут, - нервно бросила она. – И всё равно найдут. Поэтому я пришла поговорить и всё объяснить. Я знаю, что ты ненавидишь убивать женщин. Крайне редко… - тихо рассказывала, бросая робкий взгляд, словно определяя реакцию. – Только если что-то серьезное, но я могу всё объяснить.
Самоуверенно играла на доступной информации. Взывала к его прошлому, несмело намекая на трагический случай с матерью.
Влад улыбнулся и встал. Сжимая сигарету в зубах, подошел к рыжей. Усадил её на стол. Бросил сигарету и едва прикоснулся губами к шее женщины. Медленно потянулся за оружием.
- Что там? – игриво спросила она и повернула голову.
Почти увидела то, что нельзя видеть. То, что должна ощутить, а не увидеть.
- Смотри на меня, - скомандовал Влад. – Хочешь меня?
- Как и всегда, - улыбнулась и притянула мужчину к себе.
Он погладил её бедро, поднимая подол платья. Та самая ненавистная импровизация. План был иным. Но разница только в том, что сейчас рыжая сама пришла на смерть, а не смерть к ней. Булатов не заботился, каким путем достигнет цели. Мигом подхватил оружие.
Рыжая увлеклась, целуя шею мужчины. Ощутила, как мужская ладонь на спине сжалась в кулак. Полагая, что это признак страсти усилила поцелуй.
Совершенно спокойно и с едва заметной ухмылкой на лице, Влад нажал на крючок.
*****
Лера застыла в конце коридора, наблюдая, как рыжая тварь стоит возле двери. Затем медленно проходит в кабинет и Булатов закрывает дверь.
Утопая в искреннем недоумении, двинулась вдоль коридора. Легким шагом преодолела расстояние. Прикоснулась к дверной ручке и опустила. Сильнее. Дверь заперта изнутри.
Лера облокотилась спиной о стену и тяжело выдохнула. Что может быть красноречивее увиденного. Дрожащими пальцами провела по лицу. Уничтожено побрела назад, используя стену, как опору.
Устроить истерику и забить кулаками в дверь девушка сочла ещё большим унижением. Поэтому волочила ноги, прокручивая в голове увиденное. Села под дверью какого-то кабинета и согнула ноги в коленях. Безжизненно смотрела в одну точку. Точку невозврата. Подобное для неё не ново. Но это оказалось больнее, чем измена Никиты.
Из ступора выбили чьи-то шаги: