Допрос подходил к концу. Меня в очередной раз попросили продемонстрировать артефакт, работающий рядом с пространственными брешами. Предмет не отняли. Теперь у них под рукой был Михалыч, которого стали прокачивать усиленными темпами. Как оказалось, кузнец — единственный крафтер, способный изготавливать такие наконечники, а при развитии ремесла увеличивается и радиус поиска.
Армейцы потребовали отдать кольцо, но я соврал, что оно теперь часть меня. Говорить про ячейку дополнительного оружия не стал.
Когда разговор почти завершился, Столыпин спросил:
— Когда ты первый раз умер, ты уже успел закрепить артефакт фиксации?
— Нет, — ответил я, вспоминая аварию. При этом сразу же понял, к чему такой вопрос.
— И куда тебя перенесло? Где твой дом?
— В заброшенном поселении. Как раз там, где моя точка возрождения. Дом напротив чердака. Но его разрушил моб. Морозный элементалист. Я про него рассказывал.
— Почему именно этот дом?
— Там была печь, — я кивнул на буржуйку. В очередной раз осмотрел помещение. Ведь у них сейчас даже тепловых пушек нет. Косяк, армейцы... Косяк...
— И где ты окажешься, если открепишь артефакт фиксации и умрешь? В Москве?
— Там у меня нет квартиры. Либо в том же поселении, либо в доме Михалыча. Это там, где Люся, — ответил я. В голове постепенно формировался план. Своим домом я считал землянку, но без нормального транспорта далеко уйти не смогу. Если вдруг попытаюсь сбежать, то за мной вышлют погоню. Улизнуть от бронетехники не получится. Тут снова без шансов. Надо подготовиться.
— Понятно всё с тобой, Андрей Владимирович, — протянул Столыпин. — Свободным охотником пойдешь?
— Э, это кто? — от меня не укрылись нотки разочарования. Похоже генерал понял, что зря потратил на меня так много своего драгоценного времени.
— Группы зачистки на дальних подступах. Семьдесят пять процентов опыта отдаётся лагерю. Двадцать пять — тебе.
— У меня есть выбор? — я постарался не показывать, что слегка охренел от количества налога. Всё-таки надо сваливать. Три четверти честно добытого опыта отдавать другим людям? Увольте. Я, пожалуй, пас.
— Я тебя мог бы и на лесозаготовку отправить. С твоим лезвием ты бы там пригодился. Но у меня сейчас пять тысяч бесхозных долб... людей. А если ты там будешь работать, то начнётся б***ство. Пусть хоть чем-нибудь полезным занимаются. Мог бы тебя к службе поставить, но толку от тебя как от козла молока. Или на лопату. На лопату пойдешь?
— Свободным охотником, — сказал я. Так хоть смогу разведать пути отступления.
— И стоило строить из себя принцессу?
Я промолчал.
— Значит так: сейчас отправляешься к своему артефакту, открепляешь его и везешь сюда. Место хранения тебе покажут. Жить будешь в седьмом секторе. Дальше разберешься. Территорию местную хорошо знаешь?
— Да, — я не стал скрывать очевидное.
— Есть что-нибудь интересное?
— Рыбные озёра, леса с дичью. Хотя животных сейчас почти нет.
— А ещё? По системе есть что-нибудь?
— Тут охотничья вышка неподалеку. Там первый раз убили полковника Стоменова. Она как раз на пути к моему поселению. Около неё каждый день появляется какая-то огненная кошка. Дохнет сразу. С неё выпадает усилитель призыва для планетарных мобов, — отчитался я. Надо всё-таки валить отсюда. Но пока что пойду навстречу высокому начальству.
— Поясни.
— У Михалыча есть колотушка, которая сгоняет к нему всех мобов. Вот этот усилитель увеличивает радиус действия таких предметов, — сказал я. При этом обратил внимание, что их не удивила информация о выпадении трофеев из монстра вне данжа. Похоже, с такими уже сталкивались.
— Понятно. Покажешь тогда это место.
Сбоку раздался знакомый звук печати документа. Через пару минут я получил очередное разрешение. Теперь на нём отображались новые характеристики, но значения были на четыре единицы меньше. Да и в ранге меня понизили до послушника. Это чтобы я — такой красивый — ненужное внимание не привлекал? Вот и отлично.
— Есть что-нибудь? — Столыпин посмотрел на Альтаира.