Поздравляем, вы попали в ТОП-1000 (987) существ, прошедших инициализацию. Количество жизней: +2. Всего: 5.
Получено два знака силы. Всего: 2.
Непослушный протез уперся в тормоз. Шины заскрипели по заледеневшему асфальту. Я почувствовал, как моя машина уходит в занос. Летней резине не удавалось нормально сцепиться с поверхностью. Нулевое управление. Ничего не видно. Ниву кидало по кругу. Затем я вдруг ощутил, как мир переворачивается. Ремень безопасности вдавился в грудь. Ребра затрещали, дыхание перехватило, а зубы вонзились в нижнюю губу. Символы перед глазами сменились:
Для активации истинного зрения уничтожьте одно исчадие бездны.
Для просмотра личных характеристик разрушьте алтарь.
Для распределения характеристик зачистите данж.
Мимолетно осознал, что машина катится кубарем, будто я находился на горе, а не на ровной трассе. При этом неведомым образом я мог воспринимать сообщение. Создавалось впечатление, что мир резко перестал существовать. Осталась только кромешная тьма и таинственные знаки:
Для полного подключения к всеобщему информационному полю уничтожьте десять исчадий бездны.
Для взаимодействия с энергией разрушьте алтарь пятого уровня.
Для выбора пути поглотите пятьдесят эссенций душ.
— Что за чёрт? — смог выдавить я. Понимал, что меня никто не услышит, но всё же спросил это вслух.
Зрение восстановилось. Никаких символов больше не было. Ну и привидится же такое! Организм, видимо, начал сдавать. Ещё бы: я не жалел и не баловал его в последнее время. Вот и поплатился.
Сдавленно ухмыльнулся. Моё состояние было крайне тяжелым. От смерти меня спас ремень безопасности, но я всё-таки знатно приложился головой. Да и ребра, думаю, далеко не в порядке. Из правой руки торчала кость. Во рту чувствовался вкус крови. Эх, месть мажорику, видимо, придется отложить на неопределенный срок. Надеюсь, доживу.
Я услышал звучный гудок. Кое-как поднял голову. Ощутил, как трещат хрящики в шее. На меня неслась многотонная фура. Краем сознания понял, что она не успеет сбавить ход и влетит точно в меня.
Я почувствовал мимолетную вспышку боли, а следом перед глазами вспыхнуло очередное сообщение:
Вы погибли и будете перенесены к артефакту фиксации.
Внимание: вы не осуществили привязку.
Вы будете перенесены в место, которое считаете своим домом.
До возрождения 3... 2... 1...
Глава 3
В детстве мне снилось, как я падаю с балкона. Когда моё тело должно было коснуться земли, я вздрагивал и просыпался. Сейчас я дернулся так же, как делал это двадцать лет назад. Открыл глаза и увидел перед собой знакомое заколоченное окно. В жилище стоял холод. Изо рта пробивался пар. В районе спины через топчан чувствовался предмет, который доставлял дискомфорт. Сев на задницу, я понял, что щеголяю в чём мать родила. Хотя отсутствие одежды — это последнее, что меня сейчас беспокоило. Обратившись к погасшей печке, я пробормотал:
— Что со мной было?
Я прекрасно помнил, как закупался провизией на базаре. Потом ехал домой. Следом мир сошел с ума: странные звуки, непонятные природные явления в небе, сообщения перед глазами. Всё было очень реалистично. Приснится же такое... Всё-таки надо отдохнуть пару-тройку дней. Организм явно не выдержал постоянных нагрузок. Никаких физических упражнений — только умиротворяющая рыбалка, спокойная готовка и расслабляющий треск костра. Я воскресил в памяти приятный момент из сна — казалось бы, обычное общение с обычными людьми. Но мне этого явно не хватало. Пожалуй, заеду-ка я к Михалычу или дяде Ермолаю. Надеюсь, не погонят.
Я с трудом скинул правую ногу с койки и потянулся к костылям. Их не было на привычном месте, хотя я всегда оставлял их возле топчана. В темноте я нащупал фонарик. Блеклый луч ударил в сторону тумбочки. Протез испарился.
Сперва я подумал, что меня кто-то обокрал. А если так, то визитер мог находиться где-то неподалеку. Незамедлительно просунув руку под ткань, которая заменяла мне подушку, я отчетливо осознал — револьвер отсутствовал. Я резко поднялся, схватил топорик и лопату. К последней я давно приделал перемычку, которая служила мне своеобразным костылем. Допрыгал до двери. Она была закрыта. Вот только доски, которые я приставлял, когда находился внутри, аккуратными рядами лежали на полу. Толкнул — заперто. Причем заперто снаружи.
Мозг сигналил о странном и забытом ощущении. Фантомных болей, о которых так любят судачить киношники, у меня никогда не было. Но теперь я явственно чувствовал ногу, будто бы она была на месте. Посмотрев вниз, я не смог сдержать изумленный возглас:
— Ух, ёб!