Выжившие индейцы рассказывали переселенцам из Азии об особенностях животного и растительного мира, стараясь заручиться их дружбой. Корейцы и японцы спешили получить обещанные русами орудия труда, семенной материал и обустроиться на новом месте.
После их расселения, когда бедняки воочию увидели огромные, по азиатским меркам, владения, которыми всех наделили русы, азиаты вгрызались в работу, как проклятые. Пока они строили себе дома и расчищали землю под грядки, русы на тракторах вспахали и проборонили все заявленные участки, так как лошадей у поселенцев не было. Затем на механических сеялках русы засеяли пашни, передав их новым хозяевам земельных участков.
С первого урожая, небывалого на нетронутой земле, когда землевладельцы (!) расплатились за посевной материал, распашку полей тракторами, немудрёные инструменты, выданные в долг, у всех остался огромный, по прежним азиатским меркам, запас продуктов. А впереди был ещё урожай: на благодатных землях Калифорнии корейцы легко снимали два, а то и три урожая в год! Так что уже через два года продукты из Калифорнии стали вывозить на тихоокеанские острова и биологические станции на Командорских, Алеутских и прочих северных островах Новороссии.
А православные корейцы, японцы и яванцы продолжали прибывать, заселяя безлюдные земли западного побережья Америки, поскольку единственным требованием для переселения для азиатов было крещение в православие и знание разговорного русского языка.
Иногда к ним присоединялись каторжники из Европы и диссиденты из Азии, которых также расселяли порознь, как и прочих азиатов, не создавая единых национальных анклавов. Тем более что единственным языком межнационального общения оставался исключительно русский, на котором и богослужения велись.
Кто-то из поселенцев пахал землю, другие занялись выпасом скота, исключительно коров и овец, но не лошадей, их как раз русы практически не завозили, все необходимые работы по хозяйству и перевозке обеспечивали машинами и тракторами. К тракторам переселенцы стали присматриваться с первого года, а после огромных урожаев и полученного дохода многие хозяева поняли выгоду тракторов. Так что сборочным производствам, организуемым магаданцами в Юго-Восточной Азии, не грозил кризис перепроизводства, потребность в недорогой технике для американских фермеров росла с заметной скоростью.
Были, конечно, на поселенцев набеги других, более дальних индейских племён, но после резких ответных действий русы прослыли на западе Америки суровыми воинами, с которыми никто связываться не собирался. А освободившиеся от прежних индейских племён земли, по вполне средневековым законам, стали владениями русов. Именно здесь они через два года нашли золото, затем стали добывать медную и серебряную руды. В основном при помощи каторжников, исправно поставляемых безопасниками. К тому времени, как смеялись шутники, любой рус мог пройти Скалистые горы от побережья до прерий без опасений, разве что пума нападёт, но не индейцы. Впрочем, осваивать богатые месторождения в горах русы не спешили, предпочитая двигаться побережьем на юг, к испанским владениям.
Там, в сторону западного мексиканского побережья, каждый год вырастало по нескольку острогов, закрепляя право русов на западное побережье Северной и Центральной Америки всё дальше к югу. Даже на негостеприимном Калифорнийском полуострове русы поставили три острога, больше похожих на биостанции, для изучения прибрежной флоры и фауны, с демонстрацией флага, так сказать.
Остановились русские остроги почти на широте Северного тропика, достигнув испанского селения Масатлан. Уже от него остроги двинулись на восток, перекрывая удобные перевалы в горах Сьерра-Мадре. Пока граница с испанскими владениями в Америке была не установлена, русы спешили обозначить свою территорию острогами. Тем самым они показывали, что земли заняты, отрезали испанцев от западного побережья Мексики линией крепостей. Но эта политическая и военная игра руководства не интересовала русских биологов, второй год разыскивавших гигантские деревья в укромных долинах гор.
Четыре поисковых отряда за последнее время вернулись ни с чем, если не считать богатых коллекций разной открытой живности и подробных карт местности. Но огромных деревьев никто не нашёл, хотя многие индейцы слышали о таких гигантах, однако только сейчас у профессора Сытина окрепла уверенность в достижении цели.