По кивку наместника поднялся со своего места министр обороны, позвякивая медалями на парадном мундире. Он вышел из-за стола и подошёл к размещённой на стене карте Кавказа и Ближнего Востока, отдёрнул закрывавшую карту занавеску. Убедившись, что гости смотрят на него, министр продолжил своё выступление, отмечая указкой упоминаемые в речи места на карте.
– Мы предлагаем обучить на территории Новороссии, например, в окрестностях Иерусалима, до двадцати тысяч армянских мужчин. Обучение займёт год, в течение которого добровольцы получат необходимый опыт обращения с нашим оружием. За это время мы сможем отправить в глубь армянской территории до десяти тысяч ружей с патронами для вооружения ополченцев. В нужный момент мы доставим обученные отряды армян к черноморскому побережью и каспийскому побережью, чтобы их высадка совпала со всеобщим армянским восстанием на территории Турции. Мы готовы оказать необходимые поставки боеприпасов, продуктов, одежды и обуви для восстановления Армении в границах от моря до моря, от черноморского побережья, включая озёра Ван и Севан, гору Арарат, Армянское нагорье, Карабах, до Ленкорани и выхода на побережье Каспийского моря.
– Что вы хотите взамен? – с трудом, проглотив слюну, вышел из ступора глава армянской делегации.
Открытые русами перспективы оказались выше всяких ожиданий. Но за огромные достижения надо заплатить небывалую цену, это поняли все армяне, глупцов в делегации не было.
– Обязательства стандартные, как с венграми и евреями, – спокойно продолжил министр обороны. – Ещё до начала поставок выбранный вами временный глава будущего Армянского царства подписывает договор о союзных отношениях с Новороссией, обязательства по оплате поставок, договор по беспошлинной торговле и свободному перемещению русов в Армении. Вы, в свою очередь, гарантируете, что глава Армении, как бы его ни называли, останется на своём месте до уплаты долга. В случае его гибели долг будет выплачивать преемник в обязательном порядке. При отказе от уплаты долга или задержке выплат на год мы разрываем все союзнические отношения и оставляем за собой право на свободу действий. По расчётам нашим специалистов, для освобождения Армении необходимо не менее сорока тысяч ружей, с сотней патронов на каждое, тридцати пушек с тройным боекомплектом, десять тысяч ручных гранат. Соответственное количество повозок, коней, ослов, волов, не считая оплаты годовой тренировки войск и расхода учебных боеприпасов.
– Но это огромные деньги! – едва не схватился за голову главный армянин в делегации, отлично знавший расценки русского оружия на продажу. – Мы за двадцать лет не выплатим долг!
– Забыл предупредить, – кивнув министру обороны, чтобы тот садился, наместник вступил в разговор. – Кредит будет выдан под десять процентов годовых. Можете выплачивать его хоть тридцать лет, мы не спешим. Как я уже говорил, часть долга мы примем товаром, если захотите. Ну, можем и скидку сделать на половину стоимости кредита, но при одном условии.
– Каком? – мрачно взглянул глава посольства на Седова, не сомневаясь, что скидка выйдет дороже всего кредита. И он ненамного ошибся, едва не потеряв сознание от фразы наместника.
– Мы согласны уменьшить стоимость оружия и бое припасов вдвое, также выдать беспроцентный кредит, если Новороссии передадут Копьё Судьбы, хранящееся в Армении.
Тихий ответ наместника эхом отозвался в кабинете, где после перевода наступила оглушительная тишина. Молодые армяне недоуменно крутили головами, стараясь понять, в чём шутка наместника, а глава делегации и оба епископа побагровели, аж глаза кровью налились.
Сергей улыбнулся, вспомнив тот эпизод с Копьём Судьбы, после которого армяне попросили перерыв на месяц, чтобы съездить на родину и обсудить предложение. Потом переговоры длились три месяца, армяне торговались за каждый рубль, пока не пришли к окончательному соглашению.
Конечно же, никакого Копья Судьбы армяне русам не отдали, даже не попытались за него торговаться. Видимо, что-то святое осталось в сердцах правителей армянского народа, не зря они смогли пережить триста лет турецкого завоевания и сохранить нацию. Они предпочли выплатить свои долги полностью, нежели расстаться с реликвией, чья подлинность уже в семнадцатом веке была под сомнением. Насколько помнил Сергей из рассказов отца и Павла Аркадьевича, в двадцать первом веке в Европе официально хранились сразу три Копья Судьбы, и все подлинные!
Всё-таки договор был подписан, в Иерусалим начали прибывать армянские «паломники», быстро перебиравшиеся в тренировочные лагеря в окрестностях Святого города, уже на территории Новороссии, а не Западного Магадана, которому был передан Иерусалим. Там их встречали инструкторы, прошедшие не одну вой ну, среди которых были немцы, венгры, поляки, русы, но больше всего евреев.