Порой эльфы начисто уничтожали своих врагов. Была ситуация – воевали в давние времена – воевали с землями людей хитрых. Всех взрослых извели. Боялись оставлять хитрых соперников. Не к месту будь помянуто, уж очень изворотливых. И был смысл всех детей этих людей убить. И возможность была. И приготовились уже. Но не смогли. Ни собрав всех их вместе – вот сейчас толпой их всех изрубим в мелкий хворост, ни разведя по одному – всех вместе детей изничтожить стыдно и жалко, а по одному, как слепых мышат, утопим. Не смогли сжечь в запертом сарае – раз не видим, что там дети, то и сгорят. Ничего не сделаешь со своей природой. Дети не были тронуты. Эльфы сами над собой насмехались.
Детей пристроили служить то при конюшне, то при огородах, а то и при дворце. Да, что с хитрыми поделаешь. Дети подросли, кое-чему научились и … сбежали. Бежали на земли своих родителей. И снова всё с начала – живут на своих землях, в своих пределах люди сильные и люди слабые, люди хитрые и люди глупые, простодушные и подлые, и другие люди живут.
Что же случилось, что эльфы, хуже, эльфы под предводительством женщины, принцессы, детей уничтожило. Отправленные в поместье дознаватели не то, что тел, даже косточек детей не нашли – всё спалили. Даже похоронить нельзя. Лааду может позволить себе рыдать в голос.
*****
Сколько ни плачь, а Ланушке решилась сказать, что ее поселение погибло, семья, скорее всего, тоже. Жаль девушку печалить, но и таиться не дело. Вошла Лааду на цыпочках. Вдруг Ланушка работает, или спит. Всем до души такая невестка. До души ли сыну?
- Милая!
- Здравствуй, льера Лааду.
- Да какие церемонии между нами? Милая моя, как ты? Как здоровье. Называй меня, радость моя, запросто, без льера.
- Нет, льера. Беременности пока нет.
- Понимаешь, о чем я мечтаю. Но я от тебя не жду ничего сверх меры. Знаю, что РИЛ дома нечасто. Да и когда бывает, обычно не радостями занят. Прости, девочка, не хотела смущать. Ты уж не сердись – не самого примерного и совсем не домашнего тебе мужчину нашла.
- Лааду, я не стану капризничать. Я понимаю, что рядом со мной верховный маг. А значит и спрос не с него.
- Ланушка, чтобы нм происходило, рассчитывай на меня, будто ты моя дочь, да и люблю тебя, моя медвежоночка.
- Я признательна, льера.
- Вот, опять – «льера».
- Лааду.
- Ланушка, на поместье льера МОНОРа напали.
Ланушка побледнела. По паузе сестры императора поняла, что новости плохие. Прошептала:
- Мои живы?
- Хотела бы сказать – живы. Но не знаю. Пожгли все поселения возле поместья МОНОРа.
Ланушка задохнулась. Присела на край кровати.
До вечера Лааду и Ланушка плакали, обнявшись. Но сколько не плачь, дела живых не ждут. Сестра императора ушла по делам государственным. А Ланушке нужно верховному всю одежду новую то сделать, то исправить – кто ж такую махину оденет, да еще и по новым его запросам.
*****
В тот день посол драконов обратился к королю эльфов. Если король эльфов не хочет, чтобы драконы не бросились спасать своих дальних потомков, живущих на землях людей (ну надо же, назвали потомками), то, вероятно, король эльфов хочет подарить Старшему дракону тот прекрасный порошок из цветов водяной лилии…
РИЛ не был бы удивлен, что посол драконов человеческих потомков драконов вдруг признал родственниками драконов перед королем эльфов. Эта хитрость давно известная: хочешь хорошо продать товар – свой товар хвали, обменный товар обесценивай. РИЛ бы удивился тому, что дракон хочет получить, потому что РИЛ думал, что драконы мечтают о веревках из водорослей. А вот поди ж ты, он просил водной лилии. Может быть, он задал бы себе вопрос, почему дракон захотел получить порошок из цветов именно от эльфов, а не от людей? Люди тоже эти цветы знают и иногда добывают. Точно РИЛ не стал бы интересоваться странной формулировке – подарить, а не обменять.
Подарить шкатулочку с порошком было в интересах самого эльфийского короля. Однако дракон так торопился, что сам напомнил королю.