— А дальше что? — спросил эльф, и все с любопытством обратили к нему взоры. — Потом ты опять спрячешься за стенами города и будешь ждать, пока сюда явится аббат Олин?
— Нет. Я, чтобы встретиться с ним, буду с боями пробиваться к Хасинте.
— Тогда у меня есть предложение. У нас на севере есть союзник, имеет смысл согласовать с ним наши действия, — сказал Джуравиль. — Зима уже на исходе, и возможности противников Эйдриана увеличиваются.
— Он сам может попробовать укрепить после прекращения холодов свою власть в Хасинте, — предостерегающе произнес мистик.
— Я согласна, отправляйся, только возвращайся как можно быстрее, — ответила эльфу Бринн и перевела взгляд на Лозана Дайка. — Ты пробрался сюда через лагерь ятола Де Хаммана и говорил, что для тебя это не составило труда.
Ухмылка док'алфар растянулась почти от одного остроконечного уха до другого.
— Дай мне две ночи, и ты получишь схему лагеря Де Хаммана во всех подробностях. И если Джуравиль сможет задержаться на несколько часов, мы с ним перенесем сюда множество моих собратьев, которые сейчас растянулись цепочкой от плато, разделяющего Бехрен и тогайские степи, до южной оконечности Дороги Беззвездной Ночи.
Собравшиеся обменялись улыбками и дружно закивали в знак согласия. На этом совет завершился, и все разошлись по своим делам. Только Астамир задержался, чтобы поговорить с подругой.
— Хотелось бы все-таки удостовериться, что наши подозрения относительно аббата Олина не являются ошибочными и он действительно собирается напасть на Дариан-Дариалл, — сказал он.
— Я рассчитываю, что Печтер Дан Тарк вернется и подтвердит, хоть это и не будет для нас слишком приятным известием, что дело обстоит иначе.
Мистик кивнул в знак согласия, и женщина заметила огоньки искреннего восхищения в его миндалевидных карих глазах — явный признак тогайского происхождения. Ее наставник и друг полагает, подумала Бринн, что она предусмотрела все.
Тем не менее, глядя в окно на раскинувшийся в пустыне лагерь противника, тогайранка понимала: чтобы осуществить задуманное, одной предусмотрительности мало.
Пони открыла глаза, увидела солнце и удивленно заморгала. Солнце… Значит, она снова в мире живых, который, как ей казалось, покинула навсегда. Она лежала в каюте корабля — «Сауди Хасинты», надо полагать, — у самого иллюминатора, заботливо укутанная в теплые одеяла.
— С возвращением, Джилсепони, — сказал Андаканавар, опускаясь, на колени рядом с постелью и тем не менее словно скала возвышаясь над женщиной. — Мы уж было подумали, что ты решила нас покинуть. Хорошо еще, что Смотритель разбирается в магических камнях!
Эти слова вызвали у Пони воспоминания об ужасных, отчаянных мгновениях на палубе. Смотритель! Она вытягивала из него жизненную энергию с помощью камня души!
Охваченная ужасом, Пони попыталась было сесть, однако боль и сильная рука альпинадорца удержали ее.
— Тебе надо как следует отдохнуть, — мягко, но решительно произнес рейнджер. — До Вангарда еще два дня пути. Воспользуйся этим временем, чтобы восстановить силы.
— Смотритель? — одними губами спросила Пони. — Где он?
— На палубе, отдыхает там со всеми удобствами, — заверил Андаканавар. — Ты же понимаешь, он потерял много сил, но сейчас быстро идет на поправку.
— Я забрала у него слишком много сил! Скажи мне правду! Он ведь мог не уцелеть после этого…
Альпинадорец издал негромкий смешок.
— Ему и вправду потребовалось отдать тебе немало энергии. Мы думали, что потеряли кентавра, — и едва не потеряли капитана Альюмета, когда Смотритель рухнул на него! Тем не менее он быстро пришел в себя, и можешь мне поверить, я не скрываю от тебя правды.
Пони покачала головой.
— Это просто невозможно, — упрямо возразила она.
— Он толковал что-то о повязке на руке, — пояснил альпинадорец. — Ты должна знать — красной повязке.
Ах, а ведь она и в самом деле забыла о волшебной повязке! Эльфы подарили ее Элбрайну, и на человека исцеляющая магия этого предмета воздействовала прекрасно. Однако в случае с кентавром ее воздействие превзошло самые смелые ожидания. Когда демон-дракон был повержен и гора Аида рухнула, Смотритель оказался погребен под камнями и неминуемо должен был погибнуть. Однако волшебная повязка спасла его: находясь буквально на волосок от смерти, кентавр тем не менее выжил, хотя его заточение в каменной темнице затянулось на долгие месяцы.
И теперь повязка снова спасла его, а значит, и саму Пони — она бы не перенесла того, что Смотритель погиб по ее вине.