Однако она еще не утратила навыка работы с магическими камнями и в особенности с гематитом. В последние недели жизни в Урсале женщина проводила много времени, ухаживая за больными и помогая им с помощью камня души. Так что вытеснить дух гоблина из его тела особого труда ей не составило.
Это ненадолго, понимала Пони, глядя на мир глазами твари. Она споткнулась и едва не упала, поскольку равновесие этого тела отличалось от человеческого. Гоблины меньше ростом и передвигаются прыжками, низко пригибаясь и используя длинные руки, чтобы хвататься для равновесия за землю.
Тем не менее, несмотря на всю необычность ощущений и на то, что дух гоблина предпринимал отчаянные попытки вернуться в тело, женщина сумела вскинуть копье и вонзить его в бегущего впереди гоблина. Тот подскочил, и Пони нанесла новый, еще более сильный удар. Гоблин повернулся, взвыл и тоже поднял копье.
Удары сыпались на него один за другим, лишая возможности защититься. Тварь отчаянно увертывалась, но в конце концов рухнула в грязь.
Внезапно женщина ощутила резкую боль в спине. Падая, она сумела заметить, что третий гоблин снова заносит вверх дубинку.
В этот момент Пони выскользнула из тела гоблина и устремилась прочь, а изгнанный из него прежде дух тут же вернулся в свое тело.
Недоуменно моргая, он успел разглядеть опускающуюся на него дубину — за мгновение до того, как та раскроила ему череп.
Пони ничего этого уже не видела. Пролетев мимо своего тела, ее дух метнулся в ту сторону, где бежали еще двое гоблинов.
Как и в первом случае, ей довольно быстро удалось завладеть телом одного из них.
Однако она испытывала сильное утомление от работы с гематитом, да и вообще была измучена и подавлена, поэтому удерживать власть над этой тварью оказалось гораздо труднее. И все же у женщины хватило сил заставить гоблина наброситься на того, что бежал впереди, свалить его в грязь подножкой и нанести удар кулаком в лицо.
Тварь зарычала, отчаянно замолотила руками и ринулась на Пони с явным намерением нанести ей — или, точнее говоря, своему товарищу — ответный удар, поскольку, увидев надвигающуюся на нее отвратительную харю, женщина выскользнула из тела. И быстро понеслась обратно, беспокоясь о том, что ее собственное тело слишком долго пробыло в воде.
Оставшуюся часть пути до берега она пробежала, не обращая уже больше внимания на то, чтобы не производить шума. Выбравшись из воды, рухнула в грязь, но тут же вскочила, сняла с себя одеяло, наскребла глины и скатала из нее шар.
Первая пара гоблинов не заставила себя долго ждать. Без промедления они с разных сторон приближались к подготовившейся к встрече с противником женщине: один с копьем наперевес, другой — угрожающе размахивая дубинкой. Швырнув грязное, влажное одеяло в того, что целился в нее копьем, Пони выиграла несколько мгновений, которые позволили ей прицельно бросить глиняный шар, угодивший прямо в физиономию второго гоблина. Ошеломленный, он инстинктивно выпрямился, и женщина, сделав подсечку, опрокинула его в грязь, нанеся удар локтем в солнечное сплетение, после чего молниеносно повернулась к первому гоблину, который уже сумел отбросить мешавшее ему одеяло. Однако Пони была уже не так проворна, как в молодости, да и волнения последнего времени сказались на ее действиях. Показав противнику, что сейчас отклонится вправо, она резко нырнула влево и вниз, пытаясь руками захватить его ногу, но тот, утомленный долгой пробежкой по вязкой прибрежной глине либо же просто в силу природной инерции, не смог среагировать на ее первое движение и продолжал атаку в прежнем направлении. Для женщины эти мгновения словно растянулись во времени. Она почувствовала, как острие копья коснулось ее левого плеча и начало разрывать плоть. Вцепившись в древко копья правой рукой, Пони замедлила продвижение тронутого ржавчиной куска металла. Гримаса боли исказила ее лицо, но тем не менее она шагнула вперед и полусогнутыми пальцами левой руки нанесла удар в паховую область гоблина. Туловище нападавшего согнулось, и он перестал напирать на древко копья.
Не обращая внимания на страшную боль и хлеставшую кровь, она поднырнула под гоблина и рывком повалила противника в грязную жижу. Мгновенно вскочив на ноги, Пони, коротко замахнувшись, вонзила копье в поверженного гоблина.
В это время второй пришел в себя и, приблизившись к Пони, попытался раскроить ей череп дубинкой. В его действиях не было никаких ухищрений; в действиях измазанной с ног до головы глиной женщины тоже, просто она успела раньше, и атака нападавшего захлебнулась — лишь только он занес оружие над головой, копье Пони проткнуло его волосатое брюхо.