По логике вещей обычного человека я, конечно, должен был прийти сначала на помощь девушке и спасти ее из лап насильников, но в драке своя логика. И по ней надо вначале обезопасить тылы, а уж потом спасать прекрасных дев из лап разбойников. Тем более что я давал шанс этим двоим отпустить девушку и убежать. Не хотелось мне стрелять в них, когда Настя была рядом. Все-таки кучность у «пневматика» отвратительная и можно легко попасть и в девушку. Тот, который держал Настю в удушающем захвате, проникся быстрой расправой над своими товарищами и, отпустив девушку, бросился бежать. Настя упала на землю, а сверху на нее упал и второй подросток, он с таким увлечением мял женскую грудь, что, похоже, даже не заметил, что остался в гордом одиночестве.
Щелк, щелк, щелк… — я выстрелил обойму до конца, все восемь шариков. Тот, подросток, который решил спастись бегством, успел отбежать на десять метров. Из восьми шариков в бегуна попали только три, но и их ему хватило, чтобы упасть лицом вперед и пропахать на пузе несколько метров.
Длинным скользящим шагом я сократил дистанцию с насильником, который лежал на Насте, и, сильно схватив его за волосы, дернул на себя. Подросток взвыл от боли и попытался вырваться из захвата. Он всем телом дернулся в сторону, а я не стал его удерживать и отпустил волосы. Не ожидая, что ему удастся так легко вырваться, парень упал на бок и откатился в сторону. Не давая ему опомниться, я подпрыгнул к нему и ударил изо всех сил ногой в промежность. То ли удар был такой сильный, то ли парень был из легких, но от моего пинка его приподняло над землей и откинуло в сторону.
— Успокойся! Не реветь! — крикнул я Насте. Девушка хотела закатиться слезами, но мой крик охладил ее. Он быстро подскочила с земли, даже не замечая, что стоит передо мной топлес. — Сними с этого придурка куртку и надень ее! — я указал рукой на того беднягу, которому отбил все его мужское хозяйство.
Девушка только сейчас поняла, в каком виде стоит передо мной. Она прикрыла руками грудь и, повернувшись ко мне спиной, принялась стаскивать куртку с поверженного насильника.
Я сменил обойму в пистолете и выстрелил в каждого из подростков еще по нескольку раз. Контрольный выстрел, так сказать.
Быстро закинув в машину сумку с оружием, ноутбук и остатки Настиной одежды, я сорвался с места и помчался прочь. Когда мы отъехали от злополучного гаражного кооператива на приличное расстояние, я услышал, как Настя рыдает на заднем сиденье. Да-а, много чего ей сегодня на голову выпало. Врагу не пожелаешь!
Я привез девушку к себе домой, отвел ее в одну из комнат, где в шкафу висели старые вещи жены, и оставил ее там, чтобы она подобрала себе чего-нибудь взамен порванного. По дороге я показал девушке где ванная комната. Ну а сам сел в кухне за большим столом, на котором разложил весь свой арсенал. Пока Настя стояла под душем, я снарядил патронами магазины. Потом я созвонился с братьями Патроховыми и поставил перед ними новую задачу — через полтора часа быть готовыми к тому, что я за ними заеду и нам предстоит провернуть одно опасное дельце, возможно даже со стрельбой. Говорил я с Геной, который откликался на кличку — Крокодил. Гена, был добродушный здоровяк, весом сто тридцать килограммов и ростом под два метра. Гена ни капельки не удивился изменениям в планах и ответил, что они будут меня ждать на автобусной остановке, в районе поворота на село Золотое.
Настя вышла из ванной как раз в тот момент, когда чай был налит в кружки, а бутерброды нарезаны.
— Алексей Иванович, большое вам спасибо, что вы меня спасли! — с чувством произнесла девушка.