— В какой срок мне надо подготовить документы для отправки? — успокоившись и вытерев слезы, спросила Зоя Васильевна.
— Как можно быстрее! Счет идет буквально на часы. Два-три дня, и детей не должно быть в Керчи!
— А как я это объясню в отделе образования?
— Да не надо вам ничего объяснять! — все-таки как наша бюрократическая система ломает людей, даже когда на пороге стоит смерть, они думают, какие им нужны при этом бумаги и разрешения. — Организуем все это как туристическую поездку или экскурсию.
— В принципе, это возможно! Тяжело, конечно, будет объяснить, почему все воспитанники детского дома поехали на экскурсию, но пересечь границу, я думаю, нам удастся! Тем более что в Краснодарский край наши дети ездят частенько, правда, группы никогда не были больше тридцати человек, но это не страшно. Один раз можно это провернуть.
— Все дети не поедут, — тихо сказал я. Сейчас начнется самая трудная часть разговора: — Мальчики старших классов, пятнадцати-семнадцати лет остаются в Керчи. Конечно, только те, кто захочет этого сам.
— Но вы же сами говорили, что детям угрожает смертельная опасность, если они останутся в Керчи!
— Я прекрасно это понимаю, но ведь кто-то должен остаться и дать врагу отпор. Как бы пафосно это сейчас и ни звучало — если не мы, то кто же?
— Леша, вы хоть понимаете, что они еще дети?
— Конечно, понимаю. Но у нас просто нет выбора, когда в городе начнется стрельба и паника, кто-то должен будет задержать противника, чтобы как можно больше людей успели эвакуироваться на российский берег. В такой ситуации сотня пятнадцатилетних пацанов с оружием в руках может спасти жизни тысячам мирных людей!
— А почему нельзя призвать на помощь армию или милицию, в конце концов. Ведь охранять мир и покой простых граждан — это их святая обязанность!
— Помните, как говорили древние мудрецы: «Армия баранов под предводительством льва сильнее армии львов под предводительством барана». Чтобы армия или милиция нас защитила, они должны получить на это приказ сверху — из Киева или Симферополя. А такого приказа не будет, потому что массовые беспорядки в Крыму выгодны в первую очередь тем, кто сейчас находится у власти и не хочет эту власть отдавать. Вы ведь помните, что через год у нас в стране очередные выборы.
— Все равно, это как-то неправильно! Нельзя заставлять детей рисковать своими жизнями!
— Да понимаю я все, Зоя Васильевна. Но ничего лучше я придумать не смог.
— Леша, ты должен что-то придумать!
— Зоя Васильевна, я обязательно что-нибудь придумаю, но потом. Сейчас самое главное — это в кратчайшие сроки увезти воспитанников детского дома. Вам надо в течение двух дней подготовить все необходимые документы. Если нужны будут деньги, чтобы наши чиновники быстрее работали, то не стесняйтесь — Василий, выделит столько, сколько вы скажете Самое главное — это время. У нас его очень и очень мало.
С этими словами я вышел из кабинета директора интерната, и пошел во внутренний двор, туда, где стояли ГАЗ-66 и белая «Нива». В десяти метрах от машин стояли несколько подростков, при этом вид у них был такой, как будто они охраняли тело Ленина в мавзолее. Увидев меня, один из пацанов хотел даже отдать честь, но потом, видимо, понял, как смешно это будет смотреться со стороны, и поэтому только кивнул головой, с очень важным выражением на лице.
В мастерской, к дверям которой подогнали грузовик, царило оживление — братья Патроховы и Вова Серов пересматривали содержимое ящиков и коробок, которые они привезли.
— Ну что, как успехи? Пересчитали трофеи?
— Успели, — тяжело выдохнув от усталости, ответил Гена. — Не так уж здесь и много оказалось оружия, как могло показаться на первый взгляд. Хватит чтобы полноценно вооружить одно стрелковое отделение. А боеприпасов, так, тех минут на двадцать активного боя.
— Список того, что мы захватили, составили?
— Сейчас этим и занимаемся, — Гена держал в руке стопку листов, которые были исписаны крупными символами.