Один из инкассаторов вышел из машины и направился к неприметной металлической двери, которая располагалась в стене здания. Инкассатор выбил пальцами условный сигнал, дверь открылась, пропуская инкассатора внутрь.
— Начали! — прошептал я в гарнитуру мобильного телефона.
Мусорные баки «взорвались» грудой мусора. Наружу вылетели целлофановые пакеты, куски упаковочного пенопласта и пустые пластиковые бутылки. Из контейнеров выскочили два человека, укутанные в плащ-палатки. Большие капюшоны плащей, призванные укрывать солдатскую каску, были надвинуты на головы и завязаны внизу, на шее. В капюшонах были вырезаны прорези для глаз и рта. Упакованные в плащ-палатки и капюшоны-маски, нападавшие были похоже на бэтменов.
Один из «мусорных» бэтменов несколько раз выстрелил в темное нутро инкассаторской машины из травматического пистолета «Оса», а второй тем временем, подскочив к двери, упер в нее кусок металлической трубы, и ударом ботинка вбил ее в асфальтное крошево. Теперь открыть дверь будет очень тяжело.
Упакованные в плащ-палатки парни сноровисто вытащили из «Фольксвагена» брезентовые мешки с деньгами. Один из бэтменов кинул в машину инкассаторов, продолговатый цилиндр, из которого раздалось шипение и вырвались клубы дыма.
Я сдал машину задом и заехал в тупик. Задние дверцы моего «Пежо Боксер» были предусмотрительно открыты. Оба бэтмена, держа мешки с деньгами в руках, кинулись к моей машине.
Та-та-та-та! — длинная автоматная очередь хлестнула в спины бэтменам. Автоматные пули жестоким кнутом сбили с ног братьев Серовых. Василий упал на асфальт, всплескивая руками и теряя инкассаторский мешок. Вову пули толкнули на открытые автомобильные дверцы, он сполз по ним, оставляя за собой длинные кровавые следы.
Я выпрыгнул из машины, вскидывая на ходу пистолет.
Та-та-та-та! — автоматная очередь хлестнула по борту «буса», оставляя цепочку рваных отверстий в металле. Я упал на асфальт, вжимаясь в него всем телом. Стрелявший бил откуда-то сверху — с крыши соседнего дома. Согнувшись в три погибели, я осторожно выглянул из-за заднего колеса автомобиля.
Та-та-та-та! — пули прошлись по асфальту всего в нескольких сантиметрах от моей ноги. Черт возьми! Как же достать этого стрелка?! Та-та-та! — короткая очередь в три патрона пропорола заднее колесо, за которым я прятался. Микроавтобус осел на одну сторону. Та-та-та! — еще одна короткая очередь пробила второе заднее колесо автомобиля. «Пежо», лишившись двух задних колес, плотно сел на задницу. Да ну, е-мое! Где же этот стрелок? Как он, вообще, здесь оказался? Что делает человек с автоматом на крыше дома?
Бах! Бах! Бах! — я выстрелил из пистолета куда-то туда, в ту сторону, откуда доносились автоматные выстрелы. И тут же кинулся в другую сторону, низко пригибаясь к земле и пытаясь добежать до угла здания.
Не добежал! Удар молота в спину настиг меня всего в нескольких метрах от спасительного угла здания. Жгучая боль разлилась по всему телу, я скрючился на земле, пытаясь занять позу, в которой было бы не так больно лежать. Ничего не получалось — боль была повсюду. Ничего не помогало, я вертелся на асфальте, раненный в спину, и умирал от боли!
А потом боль ушла. Вдруг стало так легко и спокойно. Я лежал на земле и смотрел вверх, на небо! По ярко-голубой глазури неба плыли невесомые космы облаков. Это было так красиво, что я понемногу начал растворяться в этой голубой глазури!
Тень! Темная тень нависла надо мною. Она загородила небо и не давала мне смотреть на облака. Я хотел отогнать рукой тень, но руки не слушались меня. Тень приобрела четкие очертания, и я понял, что это не тень. Это лицо. Лицо человека, который стоял надо мной и смотрел на меня. Только лицо было каким-то темным, почти черным. Но не такое, как у негров. Чернота лица была какой-то неестественной, какой-то запредельной. Нехорошее лицо, злое! Человек опустил голову, и я смог разглядеть лицо в малейших подробностях. Я узнал его. Это был — я!!!
Я лежал на земле, умирая от нескольких ранений в спине, и я же стоял над своим же телом, держа в руках автомат. С еще горячим стволом.
Проснулся я как всегда резко — рывком поднявшись с постели! Да, что же это такое?! Когда же этот сон меня отпустит? Что все это может означать?