«Семерку» мы спрятали в придорожной лесополосе. Как только парни, следившие за покупателями, сообщат по рации, что приближаются к нам, мы выедем машину из кустов и остановим машину. У меня было несколько полиэтиленовых пакетов, в которых была запаяна мука. Я хотел подкинуть эти пакеты в машину к покупателям и на основании того, что в них могут быть наркотики, задержать их.
Парни, сидящие в машине сопровождения, сообщали, что они к нам приближаются. Покупатели перемещаются на грузовой «Газели» с металлической будкой. Гриша выгнал «семерку» из кустов, а я, с гордо выставленным вперед пузом, стал прогуливаться вдоль обочины, вертя на руке полосатый жезл.
Грузовую «Газель» я остановил небрежным жестом полосатого жезла. Машина проехала метров двадцать вперед и остановилась, мигая «аварийкой». Нащупав в кармане пакет с мукой, я направился к «Газели».
— Эй! Вы кто такие?! — раздался гневный голос у меня за спиной. — Что это еще за маскарад?
Обернувшись, я увидел, что рядом с нашей лжегаишной машиной остановилась белая «Шкода октавия», из открытого окна которой на меня смотрел разъяренный мужик.
Вот ведь! Что за хрень?! Откуда только здесь взялся этот толстомордый? Он же сейчас все испортит!
— Это что такое? — толстомордый кричал, как сумасшедший, его лицо покрылось красными пятнами. — А ну подошли оба сюда! Бегом, я сказал!
Лицо у водителя «Шкоды» было знакомым — явно кто-то из руководства Керченского МВД. Услышав звук отъезжающей машины, я досадливо поморщился. «Газель», медленно набирая скорость, уехала. Твою мать!
— А ну, вылезай из машины! — водитель «Шкоды» стоял возле нашей машины и кричал на сидевшего в ней Гену. — Если не выйдешь, я сейчас наряд вызову, они вас мигом выведут на чистую воду!
— Сел в свою таратайку и вали на хрен отсюда! — сказал я, доставая из нагрудного кармана рацию.
— Что?! — толстомордый, взревел, как бешеный носорог. — Ты хоть знаешь, кто я такой?
Я сделал два коротких шага навстречу толстомордому и тут же ударил его ногой в голеностоп, даже не ударил, а банальным образом наступил, перенеся вес своего тела на ногу наглеца. Ревущий носорог упал на землю как подкошенный. Чтобы закрепить успех, я пнул его несколько раз по ребрам.
— Первый! Прием! Ведите «Газель», только близко к ним не приближайтесь, чтобы вас не заметили! — произнес я в микрофон рации. — Второй! Прием! Присоединяйтесь к нам возле поворота на Приозерное.
— Может этого толстяка пристрелить? — спросил в приоткрытое окно Гена. — Он же, гад, нам все испортил.
— Хрен с ним, пусть живет! — отмахнулся я, садясь в машину. — Поехали, я покажу куда.
Сев на переднее сидение, я открыл экран ноутбука. Запустив программу-сканер, засек отметку, идущую от радиомаяка, спрятанного мной среди тюков с одеждой.
«Газель» покупателей, судя по отметке на карте, свернула с трассы и двигалась сейчас в сторону села Багерово. Они сейчас ехали той же дорогой, что и Вовка Серов, несколько дней назад, когда он вез своего раненого брата.
Это было плохо! Если «Газель» проедет село насквозь и не воспользуется асфальтированной дорогой, значит, они хотят оторваться в степи. Между побережьем Азовского моря и селом Багерово был пятикилометровый участок степи, весь испещренный проселочными дорогами, холмами и балками. Карты данного участка в памяти моего ноутбука не было, и полноценно отследить перемещение «Газели» я не мог.
— Первый. Прием! Держите визуальный контакт с объектом, но не приближайтесь к нему, чтобы не спугнуть, — произнес я в микрофон рации.
— Может, не надо гонять эту «Газель»? — Гена моргнул фарами в знак приветствия машине сопровождения, которая выехала из-за поворота и пристроилась позади нас. — Если в машине стоит маячок, то мы и так отследим.
— Маячок посылает сигнал как обычный мобильный телефон. Если они заедут в зону, где нет покрытия мобильных операторов, то мы потеряем сигнал, а как ты сам знаешь, таких мест на побережье Азовского моря пруд пруди!