— Ох, старина, ты меня удивляешь. Не думал, что настанет день, когда ты станешь запирать двери.
Мужчина ухмыльнулся и посмотрел вверх. На втором этаже было лишь одно открытое окно, остальные были заперты ставнями; кое-какие заколочены. Он осмотрелся на предмет других способов проникнуть в дом, но было тщетно.
— Эх, спина моя, не подведи меня.
Мужчина привязал лошадь к забору и убедившись в крепости узла, потопал к дому. Он уперся ногами о нижнюю раму окна и потянулся вверх, удерживаясь за торчащие из стен кирпичи. Мужчина пыхтел и подставив ногу на раму двери, подтолкнул себя выше. Ухватился за висячую ветку, решив, что она будет держать его, но в момент, когда рука почти соскользнула с него, успел найти опорой камень по правую руку. Его дыхание стало прерывистым, пот пошел по спине. Он аккуратно поддел за металлическую балку на балконе и оказался на втором этаже, едва пролезая между прутьями.
— Смотрящий, я стал таким старым.
Он стоял на балконе, а напротив открытого окна располагался большой письменный стол, весь уставленный книгами. В нос ударил запах старой макулатуры и он едва поморщился. Он перекинулся через стол и оказался внутри библиотеки. Точнее, он так подумал, ведь в комнате было много книжных шкафов и вся комнате походила на книгохранилище, чем на жилое место. Однако размеренное дыхание человека, очевидно, спавшего, убедило его в том, что все-таки это была спальня.
''Старину Роммана выгнала Гертель и теперь он спит в своей библиотеке? Или у них могли быть гости.''
Мужчина бесшумно передвигался в сторону двери, когда наступил на странную стеклянную колбу и звук ломающегося стекла вспугнул спящего человека.
Тот привстал на кровати, и завидев силуэт около окна, начал громко кричать и побежал к непрошенному гостю, с разбегу упав на мужчину. Мужчина зарычал и руками обхватил человека за кисти, и прикрикнул:
— Отцепись… от меня! Я пришел к Ромману!
Томас мгновенно перестал бить мужчину и отошел назад.
Дверь отворилась резко и в комнату влетели два человека. Полусонный патер Мелвин стоял рядом с лестницей, держа в руках свечу.
Ромман побежал на ночного нарушителя с подсвечником, а Гертель бросала на мужчину книги с полок Томаса, на что тот кричал:
— Мама, не трогай их, они старинные! Ты их испортишь!
Мужчина едва успевал уклониться от ударов с обеих сторон и через силу сказал:
— Гертель, может не станешь кидаться книгами, раз тебя так просят!
Женщина остановилась, как и ее муж, затем оба уставились на мужчину.
— Откуда вы знаете мое имя?!
— Говори, сейчас же, вор!
Ромман злобно посмотрел на мужчину, застыв в напряженной позе, готовый к новой атаке.
— Старина, я не стал бы так прыгать к тебе в окно, знай, что ты научился запирать двери, а не оставлять их открытыми.
Ромман опустил подсвечник и с удивлением вопросил:
— Стой, Рыцарь, это ты?
Мужчина кивнул.
— Отправить весточку, не уж-то так сложно, для вас — аристократии? — спросила Гертель у мужчины.
— Будь это не так важно, я бы и не стал приходить. Но это дело жизни и смерти. Это — Дело Девяти.
Ромман нахмурил брови и все стоящие в комнате растерянно посмотрели на Рыцаря.
— Отец, что происходит? Что за человек в моей комнате? — Томас подал голос и придвинулся к своим родителям, попутно собирая свои фолианты и свитки с пола.
— Он твой сын? Какой-то щуплый он, я его на раз-два уложил, — Томас хотел было возразить, как Рыцарь громко воскликнул:
— Небось, такой же ученый как ты, — он замолчал на секунду, а затем ухмыляясь добавил, — а, это так и есть. Поначалу я решил, что очутился в библиотеке. Стало быть, это твоя комната? Эм…
— Томас, я Томас. А вы - рыцарь?
— Рыцарь — не имя, просто меня все так зовут.
— Мы думали, что ты давно живешь в Королевском Дворце и служишь королю…
Ромман укоризненно взглянул на Рыцаря и вздохнул:
— Нам нужно обсудить это. Гертель, прошу, идите спать. Я позже приду.
С этими словами Ромман потопал вниз, а молча стоявший патер Мелвин причмокнул и тоже побрел вниз по лестнице. Гертель взяла за руку сына и сказала:
— Томас, тебе нужно спать. Завтра долгий путь. Можешь расположиться в старой комнате, если тебе покажется, что в этой неуютно…
— Мама, я просто затворю окна и уберу книги, не волнуйся. — Томас поцеловал мать в макушку и повернулся к окну. Гертель подошла к лестнице и увидела собравшихся за столом мужчин, хотела остаться послушать, но двери гостиной закрылись и ей ничего не оставалось, как пойти спать.