Когда медведи проходили мимо густых зарослей колючих кустов, длиннохвостый суслик выскочил из-под веток прямо под лапы Каллик. Не задумываясь, она бросилась на него и убила одним быстрым ударом в голову.
— Чистая работа! — воскликнул Токло, радостно подбегая к ней.
— Спасибо духам, — пробормотала Каллик. — Они знают, как мы проголодались.
Медведица подобрала суслика с земли и отнесла его под скалистый выступ, торчавший из толщи холма на краю тропы. Вскоре Луса тоже пришла туда, волоча в зубах несколько веток, усыпанных поздними ягодами. Глаза ее радостно сверкали.
— Это целый пир! — проурчала она, бросая ветки возле тушки убитого суслика.
— Может быть, да только очень скудный, — проворчала Каллик, ласково пихая подругу лбом. — Мы с Токло так быстро растем, что нам становится трудно набить животы до сытости.
Она поискала глазами гризли и увидела его в нескольких медведях от склона. Токло неподвижно стоял, глядя на поросшие лесом горные склоны.
— Эй, Токло! — позвала Каллик. — Иди к нам! Разве ты не голоден?
Молодой гризли вздрогнул от неожиданности, оглянулся и со всех лап бросился к ним. Растянувшись на земле рядом с Каллик и Лусой, он с аппетитом набросился на еду.
Ночи становились холодными, и хотя скала защищала медведей от ветра, Каллик все равно чувствовала в воздухе запах льда, доносившийся со стороны океана.
— Мы молодцы! — сказала Луса, покончив со своей долей мяса и проглотив последнюю ягодку. — Мы спасли Уджурака, потому что были вместе! Мы — великая стая.
Каллик согласно закивала, но Токло промолчал. Горькое предчувствие сжало сердце Каллик, когда она поймала его отрешенный взгляд.
— Мы сделали для Уджурака все, что могли, — тихо сказал Токло. — Остальное — не в нашей власти.
Луса озадаченно посмотрела на него.
— Но он все равно наш друг!
— Я знаю, но… — Токло замолчал, потом глубоко вздохнул и сказал: — Уджурак теперь в безопасности. Его жизни больше ничего не угрожает, он выздоровеет… Наше путешествие подошло к концу. Мы нашли то, что искали. В этом краю полно дичи, есть леса и океан совсем рядом. Здесь мы сможем жить в сытости и безопасности. Мне пришло время идти своим путем.
— Что? — взвизгнула Луса, недоверчиво уставившись на него. — Но ты не можешь уйти от нас, Токло! Не можешь!
— Я должен, — просто ответил молодой гризли.
Немного поколебавшись, он вытянул шею и неуклюже дотронулся носом сначала до Каллик, а потом до Лусы. После этого Токло повернулся к оленьей тропе, петлявшей среди отрогов гор. И тут Луса повела себя очень странно. Испуганно вскрикнув, она бросилась вперед и преградила Токло дорогу.
— Токло, не уходи, пожалуйста! — жалобно взмолилась она.
Каллик замерла, не сводя с них глаз. Она тоже не хотела, чтобы Токло уходил, но понимала, какая сила тянет его прочь от друзей. Он почувствовал зов леса, точно так же, как она чувствовала притяжение льда.
«Луса этого не понимает, — с грустью подумала Каллик. — Она выросла в Медвежатнике и не знает зова дикой медвежьей жизни».
Когти тревоги впились в ее сердце при мысли о том, что будет с Лусой, когда им всем настанет пора распрощаться.
Луса и Токло стояли нос к носу на тропе, не сводя глаз друг с друга.
— Пожалуйста, — повторила Луса. — Мы ведь даже еще не знаем, поправился Уджурак или нет!
Токло молча обошел ее, словно хотел уйти прочь, не тратя силы на бесполезные препирательства. Но потом он вдруг обернулся.
— Ладно, — глухо сказал он. — Я останусь. Ненадолго.
— Вот здорово! — обрадовалась Луса, пускаясь в пляс на тропинке. Подбежав к Токло, она зарылась носом в бурую шерсть на его плече. — Спасибо, Токло!
«Но это не навсегда, — грустно подумала Каллик, когда они устроились на ночлег под скалой, тесно прижавшись друг другу. — Рано или поздно Токло уйдет, и никакие мольбы Лусы его не остановят».
ГЛАВА XIV
УДЖУРАК
Уджурака разбудил солнечный свет. Он ощупал рукой незнакомые шкуры, укрывавшие его до подбородка, и с ужасом понял, что не знает, где находится. Он затравленно обвел взглядом берлогу целителя, увидел горевший в очаге огонь и большой горшок, кипевший на нем, развешенные по стенам маски… Постепенно в голове его забрезжили воспоминания: полет над землей вместе с гусиной стаей… страшная боль в горле… удушье. Он проглотил рыбацкий крючок! Уджурак вспомнил целителя, который ухаживал за ним, когда он очнулся в облике плосколицего. Кажется, целителя звали Тиинчу. И он знал, что Уджурак — медведь.