Он достал из кармана яблоко, прямо на ладони разрезал его ножом на четыре части и протяну руку друзьям:
— На удачу!
Они одновременно взяли с ладони командира каждый свою четвертину и, переглядываясь, с хрустом съели сочные куски.
— Двигай, — Павел по привычке хлопнул Рея по спине.
— Эй, — увернувшись, возмутился юноша. — Не подорви меня раньше времени! — затем обвел глазами друзей и поднял руку: — Пока!
Рэй уже сделал шаг в темноту, как вдруг деланно веселый голос Лури окликнул его:
— Я понял, почему ты придумал эту затею! Ты просто решил откосить от нашей с Изи свадьбы и не быть праздничным клоуном весь вечер, как обещал. Так вот, у нас регистрация через месяц. Не знаю как, но чтобы на свадьбе был! Я на клоунов тратиться не собираюсь.
Рей обернулся и улыбаясь посмотрел в задорные глаза друга:
— А я и не собираюсь отказываться. Так что, закупи побольше гелевых шариков. И желательно желтого цвета.
— Почему желтого?
— Я буду делать из них обручальные кольца!
Через секунду силуэт Рэя исчез в ночном сумраке. Не было видно никакого движения. Никакой звук не доносился до слуха оставшихся друзей, как ни пытались они что-то рассмотреть или расслышать. Словно Рэй растворился в бесконечно глубоком пространстве, словно и не было его никогда…
***
Рэй шел по пустынным, знакомым улицам, пытаясь не привлекать внимания редких прохожих и патрулей. На перекрестке он остановился у здания и прижался к темной стене. Мак-Коул не должен был этого делать. Но там за углом был его родной квартал, дом, где он вырос и жил, пока не уехал работать в научный центр Хаббла. Он заглянул за угол. До самого конца улицы, насколько хватало света подслеповатого фонаря, чтобы рассмотреть, тянулись хаотичные развалины. Там, где должны были быть окна, балконы с петуньями и вывешенным сушится бельем, матово отражалось ночное небо с мерцающими звездами. Квартала не было. Не было ничего, что напоминало бы о прежней, бьющей родником жизни. У Рэя заныло в груди. Он знал, что все разрушено! Но хотел увидеть своими глазами. Ему это было необходимо! Чтобы ненависть к тем, кто решил, будто имеет право распоряжаться чужими жизнями, влезать в судьбы людей, толкать их к войне и разрухе, была свежей и острой. Как оголенный нерв!
Двигаясь дальше, Рэй все ближе приближался к центральным районам. Почему его до сих пор не остановил ни один патруль? Интересно. Против тихого темного парка, за кованой оградой, ровными рядами стояли старые пятиэтажные знания. Это общежития Университета. И в окнах свет! Значит оно обитаемо. Студенты? Почему бы и нет. Сарториусу нужны специалисты. Честно говоря — не ожидал.
Из окон на третьем этаже раздавалась музыка. Все как всегда. Нечего спать — студенты гуляют! Да, все было бы хорошо, если бы эти студент понимал, что они делают и где находятся. И вообще, кто-нибудь из этих ребят на третьем этаже собирался учиться в университете? Или всех их отсортировали клерки Сарториуса, и по физиологическим данным направили в это место для пользы дела и размножения? Его передернуло. Он с сожалением посмотрел на выглядывающих из окна молодых людей и быстро пошел дальше. На очередном перекрестке, у светофора стояла патрульная машина. Не торопясь, но уверенно и без колебаний, как и положено зомби, Рэй пересек дорогу. Он уже почти скрылся за поворотом, но порыв ночного ветра обдал разгоряченное лицо. Юноша неловко повернулся и капюшон на мгновение почти слетел с головы Рэя, обнажая его левое ухо. Он быстро схватился за ткань, натягивая капюшон обратно, и нырнул в подворотню. Конечно, Рэй не мог видеть, как сидящий в машине полицейский напряженно схватил за руку напарника.
— Ты что?
— Странно. Мне показалось, у этого парня в ухе красная точка!
— Какая точка? — не понял напарник.
— Не тупи! — раздраженно оборвал полицейский и взялся за рацию. — Береженого Бог бережет.
Глава 4
Вот и нужная улица. Ночное небо стало сереть. Время! Время, Рэй!
Юноша огляделся. Здесь дома были не тронуты войной. Первый. Второй. Третий…. Здание лаборатории не изменилось ни капли. Обойдя его с заднего двора, Рэй дотронулся рукой до плотной кирпичной кладки. Прямоугольник в стене шевельнулся, и на лице Рэя промелькнула улыбка. Об этом входе в лабораторию знали только они трое — Хаббл, Лури и он. Через этот вход они тащили пьяного Хаббла, чтобы стоящая у крыльца жена профессора не узнала, как они набрались на его, Рэя, дне рождения. Через этот вход он на руках выносил на воздух Лури, когда после неудачной попытки, передать ему способность читать чужие мысли, молодой аспирант едва не умер от остановки дыхания. Вот на этом месте, на земле у входа среди хлама, Хаббл вернул его друга к жизни. А Лури, очнувшись спросил, зачем они хотят закопать его в мусорной куче…