Я отлучался из палаты, только чтобы решить неотложные дела, или привести себя в порядок. Начался сезон дождей, и почти все адепты, разъехались по домам. Остались только друзья Оливии.
Приняв душ и переодевшись в чистое, я вошёл в палату к Лив, с букетом ромашек. Каждый день мотался домой за цветами для неё.
— Дарел! Наконец-то! Я не могла с тобой связаться. Что-то не так… — запричитала Док, как только я переступил порог.
— Что ты имеешь ввиду?
— Посмотри на Деймона! — голос нимфы дрожал.
Я подошёл к кроватке сына, и остолбенел. Малыш светился, а вокруг него летали снежинки и бабочки. Магия срывалась с его крошечный пальчиков.
— Так не должно быть! Магия у детей просыпаться не раньше восьми-десяти лет. И при этом, Оливия слабеет. Дарел, я не понимаю, что происходит.
— Дарел, вот ты где! У нас проблемма… — в палату ворвался Артон. — Кристалл силы взбесился.
— Кажется я знаю, что происходит. — только сейчас заметил Ди-Карта, склонившегося над Лив. — Оливия передаёт всю свою силу малышу, через Кристалл.
— Но как? — воскликнула Дарси, а я кажется понял.
— Она последняя искра, и после передачи силы Кристаллу, связанная с ним. Скорее всего, Деймон тоже искра, вот она и решила передать ему всю силу. Это объясняет то, что в малыше проснулась магия так рано.
— И, что теперь делать? — вопросительно посмотрел на меня Артон.
— Отнести их обоих к Кристаллу, и просить Хранителя, чтобы отменил передачу. Или без магии, Оливию выбросит из Альтакры назад на Землю. Не известно куда её может перенести, в таком состоянии она может погибнуть в своём мире.
Не долго думая, я подхватил Оливию на руки и крикнул Артону, брать малыша и следовать за мной в подземелье, к Кристаллу силы.
Через двадцать минут, мы в шестером, стояли у Кристалла, который светился мириадами звёзд, до боли в глазах.
— Дарел, тебе нужно войти с Оливией и ребёнком, в Кристалл. Ты связан с ними обоими, а нас он не пропустит. — дал указания Ди-Карт. — Там зови Духа-Хранителя, и проси, нет, умоляй его помочь.
Дарси положила Деймона сверху на Оливию, я же постарался удержать их обоих, чтобы малыш не упал. Приблизился к Кристаллу.
Поначалу Кристалл не пропускал меня, но потом, передо мной словно пространство, раступился проход. Я вошёл и проход за моей спиной сомкнулся с глухим хлопком.
— Зачем пришёл дракон? — услышал я скрипучий, старческий голос.
— Последняя искра! Она передаёт свою силу нашему сыну, через Кристалл. Я пришёл просить тебя помочь и отменить передачу.
— И зачем мне это делать? Когда вся сила последней искры окажется в младенце, он станет сильнейшим магом за всю историю существования Кристалла. Он будет жить вечно, и мне больше не придётся ждать новую последнюю Искру. — проскрипел голос.
— Он мой сын. Он дракон с силой феи и элементаля. Он уже самый сильный маг. Но даже самому могущественному магу, нужна мать и её любовь. А в данный момент, его мать умирает.
— О, она не умрёт. Всего лишь лишиться магии и вернётся в свой мир.
— Она слаба, и если не умрёт при переходе, то не известно куда её выбросит. Но в любом случае, наш сын останется без матери. Прошу тебя Дух-Хранитель, отмени передачу. Верни всё как было. Не лишай нашего сына матери, а меня истинной пары. Моей любимой. Что хочешь проси. Я сделаю всё, что скажешь.
— Так уж и всё? — усмехнулся скрипучий голос, и передо мной стал проявляться, невысокий, худощавый мужичок.
— Всё, что угодно, только верни всё назад.
— Интересно — интересно! Дракон готовый ползать на коленях, ради сына и возлюбленной. Ну, что ж, слушай моё условие. Твой сын однажды и правда станет самым сильным и могущественным магом. Но будут искушения злом, и чтобы он не перешёл на тёмную сторону, в день его поступления в Академию, ты оденешь на его шею этот кулон. — старик протянул мне серебряную цепочку с кулоном в виде семи угольной звезды, с месяцем в центре. — А теперь ложи их, и отойди. — сказал он, когда я взял кулон в руку.
Я опустил Оливию в белый туман под ногами, рядом с ней положил Деймона и отошёл. Старик склонился над ними и что-то запел, на неизвестном мне языке.
Яркое, голубое свечение, накрыло мою пару и сына, полностью скрывая их от глаз. Засветившись так ярко, что заслезились глаза, сияние потухло и я увидел как задрожали ресницы у Лив. Но она не пришла в себя.
— Не переживай. Скоро она очнётся. — повернулся ко мне Хранитель. — А теперь забирай их, и помни о своём обещание.
Я кивнул, подошёл и подняв на руки Оливию и сына, направился в указанном Хранителем направлении.