— Я не это имела ввиду. — пробубнила я.
Вот умеет он всё перевернуть на свой лад!
— Таня, мне совершенно не понятны твои переживания. — честно признался он, после долгого, молчаливого испепеления меня взглядом. — Наташа вполне себе приличный убийца, не смотря на возраст, а ее характер дает неплохие возможности любому из убийц-мужчин взять ее в жены, если она сама того захочет.
— Это неправильно! — упрямо повторила я.
— А что, по-твоему, правильно? — устало спросил он, закрыв глаза и массируя переносицу.
— Правильно, это гулять вместе, держаться за руки, любоваться закатами, а не выдавать замуж, за первого встречного. Ты бы ее еще в тринадцать лет отправил к мужику в постель! — добавила резко, от переполняющего воспалённый ум негодования.
— И отправил бы, что с того? — поинтересовался Артем.
— Что с того? — чаща терпения лопнула. — Что с того?! Ты серьезно? Они ведь еще дети! Им еще расти и расти!
— Господи, да как ты не понимаешь! Это уже не дети! — Артем тоже сорвался на крик. — Дети умерли в тот день, когда их души были поглощены тенью! У них не осталось ни родителей, ни детства! Теперь они убийцы! Хладнокровные, беспощадные, готовые оторвать голову любому человеку, заподозренному в одержимости! И черт меня подери, если я хоть на секунду усомнюсь давать им возможность или нет, почувствовать себя хоть немного людьми. Простыми, людьми! Со своими обыденными страхами и переживаниями, с обычными человеческими эмоциями. Никто в этом не виноват Таня. Но я по себе знаю, что самое приятно в этой жизни после смерти. Это чувства, какие бы они ни были. И прости что накричал. — виновато добавил он, возвращаясь в кресло, с которого успел встать и перекинуться через стол. По всей видимости, так сильно хотел донести до меня свою мысль.
Я испуганно смотрела на него, переваривая услышанное. Смысл его слов медленно стал доходить до меня.
В этом мире нет детей.
Совсем.
Ты или выбираешь профессию убийцы или умираешь. Третьего не дано.
Чувствуя, как по лицу потекли слезы, хотелось поскорее убраться от сюда.
— Прости. — дрожащими губами сказала я. — Я лучше пойду.
Встав с кресла, я краем глаза заметила, как Артем тоже встал, и про себя сказала: «Не преследуй. Мне нужно побыть одной»
Артем вернулся в свое кресло, и с молчаливым видом титана, прикованного к скале, наблюдал, как я призываю хранителя открыть врата, и исчезаю из его кабинета, в неизвестном направлении.
Далеко уходить я не стала. Зная, что Артем будет переживать, я ушла так, только чтобы не встретить никого в холле.
Оказавшись в подвале особняка, в полной тишине и одиночестве, я скатилась по стене, давая свободу своим эмоциям.
— Уже на стену лезешь? — послышался голос из темноты.
Успев испугать, я вспомнила, что в одной из камер до сих пор сидела Полина.
Хлопнув в ладоши, я лицезрела ее измученный вид в самой дальней камере, в которой когда-то сидела сестра Наташи.
Поднявшись с пола, и стирая остатки слез на щеках, я постаралась придать своему лицу отрешенный вид.
— Прости. Я забыла о тебе.
— Так и положено. — улыбнувшись ответила девушка, возвращаясь на узенькую койку, в углу камеры. — Людям свойственно забывать обо всем плохом, что было в их жизни.
— Я забыла, что ты здесь сидишь, а не о тебе как о человеке. — поправилась я. — О таких людях как ты не стоит забывать. Лучше помнить, что всё, что тебе дорого могут забрать.
— Понимаю. — задумчиво ответила Полина. Улыбнувшись, она развалилась на скамье, и смотря в потолок, сказала: — Не завидую я тебе.
— И почему же? — удивилась я. В настоящее время я была девушкой главы клана, который любил меня, и каким никаким, грозным оружием, по выражению Стрельникова.
— Удивлена? — усмехнулась Полина. — Я говорю не о твоем положении, и нахождении по ту сторону решётки. Я не завидую твоему будущему. Убивать себе подобных столь же тяжелое бремя, как и ранняя смерть, от которой никто из нас не застрахован.
До меня наконец начало доходить.
— Так ты считаешь, я сейчас изливалась слезами, потому что убила одержимых?
— А разве нет? — она даже привстала, чтобы увидеть мое лицо.
Я улыбнулась и подошла к ее камере.
— О том убивать одержимых или нет, вопросов у меня никогда не возникало. Я поняла это еще в тот день, когда впервые зашла в этот подвал и увидела, как в этой самой камере, сидела маленькая девочка, и истошно кричала, корчась от приступов боли. Единственным моим препятствием были дети. И надо сказать я его преодолела, хоть и не без усилий. О чем я действительно сожалею, и почему сейчас рыдала навзрыд, так это ваши жизни, Полина. Моя душа свободна, и вольна делать все, что ей заблагорассудиться. Ваша же, навеки прикована к вашей службе, закована кровавыми цепями и погребена глубоко под землей. И даже будучи обращенными детьми, вы испытываете на себе все тяжбы своей службы, и именно по этой причине рветесь побыть хоть немного людьми.
— Так ты ревела из-за нас? — лицо Полины вытянулось в изумленном выражении.
Я коротко кивнула.
— Да. И спасибо тебе. Ты только что напомнила мне о моей прекрасной жизни, и тех милых сердцу мелочах, которые не стоит омрачать собственными слезами и глупым сотрясанием воздуха. Всё равно, это ничего не изменит.
Покидая подвал, я оставила Полину сидеть все с тем же изумлением на лице.
Возможно, для нормального человека я и правда была слишком хладнокровной к себе подобным.
Но, я уже давно перестала считать себя «нормальной».
Глава 16. Акт шестой. Клан выдающихся джентльменов
Следующая неделя пролетела как один миг. Артем решил всерьез взяться за мое восстановление.
Он составил для меня программу тренировок в тренажёрном зале (имелся в этом доме и такой, правда располагался он, в одном из гаражей), и приказал заниматься каждый день, по несколько часов минимум, делая небольшие перерывы, и продолжая до поздней ночи. Так что, прошедшую неделю, я провела в небольшом помещении без окон, усиленно качая пресс и развивая мышцы.
В дом я возвращалась, только, чтобы поесть и поспать. Сил на что-либо другое, попросту не оставалось. Впрочем, ничего другого и не было. Весь клан погряз в рутинной (если ее вообще можно было так назвать) работе. Каждый день они пропадали в очередном городе, разыскивая и убивая одержимых и пробужденных открывших сомнительные заведения, на которые нам с Артемом «посчастливилось» наткнуться.
Сегодня я, как и днем ранее, методично выполняла упражнение, на очередном тренажёре, когда рядом со мной, словно из воздуха, появился Артем.
— Привет, как успехи? — от неожиданности, я свалилась с тренажера, больно ударившись бедром о пол.
— До этого момента, были вполне не плохие. — ответила вяло, потирая ушибленную поверхность.
— Странно, я честно предполагал, что ты уже давно перестала меня бояться.
— Я и не боюсь! Но, если ты продолжишь выскакивать как черт из табакерки, я обзаведусь новой фобией.
Артем виновато посмотрел на меня, и заключил в свои объятья.
— Прости. Забыл, что ты еще не восстановила скорость реакции.
— Так что тебя привело, на мое поле боя? — спросила, между поцелуями.
— У меня для тебя две новости. — наконец ответил Артем, освобождая меня из своих объятий. — Во-первых, Стрельников приглашает нас с тобой сегодня отужинать, в компании его клана.
Эта новость не относилась к разряду хороших. Перед глазами до сих пор стоял образ Олега Стрельникова, испачканного в крови серебрянокрылой Калисты. Явка в его клан, была скорее обязанностью, чем дружеским визитом.
Обреченно вздохнув, я криво улыбнулась Артему.
— А во-вторых?
— А во-вторых, у меня для тебя подарок. — Артем, потянулся за спину, и достал два небольших кинжала, протянув их мне.
Я уставилась на них, как на инопланетное оружие.
— И зачем мне они?