– Нет, – решительно выдохнула она, одним неправильным словом разбивая мои фантазии к чертям.
Я моментально разжал руки, выпуская почти пойманную добычу через оставшийся в мыслях разочарованный стон. Возмущённо гудела каждая мышца, но против воли этого не будет никогда. Нельзя причинять ей боль, бросать камни в церковный витраж с ангелом. Мотнув головой, Софи встрепенулась, словно пыталась прийти в себя, и тут же вскрикнула:
– Ох, там всё сгорело!
Я с лёгкой тоской наблюдал, как она нервно подскочила к плите и сбросила крышку со сковороды. Кухню заполнил удушливый запах гари, и Софи торопливо щёлкнула вытяжкой. Больше ни разу на меня и не взглянула, а всё, о чём мог думать: правильно ли она поняла. Я не хотел одного раза, не хотел случайной связи или акции «победим скуку пустым трахом», да и не смог бы свести всё, что чувствовал к ней, в такую пустоту. Быть с ней столько, сколько она готова меня терпеть. До следующей недели или до следующего месяца. Но как можно дольше. Что ж, в любом случае, Софи чётко сказала «нет». Так что прячем член в штаны, принимаем поражение с честью и больше не рвёмся зайти на ту территорию, где не нужна блэксайдовская грязь. Что бы там ни показалось поначалу.
Скрывая адски терзающее когтями разочарование, я открыл окно на проветривание, чтобы избавиться от вони. Возможно, и хорошо, что это творение сгорело, потому как оно вряд ли было съедобно после моего вмешательства.
– Что ж… пицца? – предложил я наигранно невозмутимо, когда Софи выкинула всё варево в помои.
– Пицца и какая-нибудь хорошая старая комедия: было бы идеально, – робко улыбнулась она, окончательно закрепив нашу алую черту и выстраивая армию на границе.
Пытка продолжится, и нужно собрать всю волю в кулак, чтобы в следующий раз не завалить эту вредину на стол и не взять, больше не спрашивая разрешения. Дьявол, дай мне сил.
7. Подслушано
К пятнице стало проще – и одновременно сложней. Проще, потому что теперь Джей легко ориентировался в доме, ссадины на его лице поджили, а ещё он больше ни разу не попытался коснуться меня с лишним подтекстом. Сложней, потому что после того, как я открыто сказала «нет», гормоны буквально пытались меня убить каждую ночь и каждый раз, когда он смотрел на меня с прежним волчьим голодом. Не надо было отвечать на тот спонтанный поцелуй, не надо было поддаваться на жар его тела, но теперь ничего не поделаешь.
Соблазн. Каждую минуту. Предельно ясное предложение, предельно конкретное. Секс без обязательств, в любую секунду, только скажи. И я не сомневалась, что это будет потрясающе. Моё воображение стабильно подсовывало во снах сокрушительные картины падения.
Удар об стену, мурашки страха смешиваются с непреодолимым притяжением. На этот раз нет ножа у горла, есть только горячие сухие губы, оставляющие рваные поцелуи. Кожа вспыхивает от таких собственнических, обжигающих касаний. Не желая быть жертвой вновь, провожу ногтями вдоль твёрдого торса, слегка царапая и уходя к татуировке на боку. Так реально. Так жарко. Такая бархатистая кожа под пальцами, что остановиться не получается, только спускаться всё ниже и ниже. Подцепить резинку шорт и получить наказующий укус в шею. Шумно всхлипнуть. Слишком много ощущений: боль, голод, возбуждение и наркотический туман от ароматов ментола, табака и мускуса. Больше. Нужно больше. Он тоже наверняка это чувствует, помогая закинуть ноги себе на поясницу. Вжимается шершавыми грубыми пальцами в мои ягодицы. Напряжённые плечи под ладонями и упирающаяся во внутреннюю сторону бедра твёрдость. Восторг нового касания. Поцелуя, от которого мир вокруг рябит оборвавшейся сеткой вещания.
… А что потом? Я никогда не считала себя легкомысленной девицей, которая способна на что-то вроде бесцельного секса с человеком, которого, по сути, знала четыре дня. Нельзя сводить мальчика с последней парты и бандита с ножом в одно целое, они не сочетаются. Как не сочетались мои тёплые чувства к тому мальчику с тем животным влечением, которое преследовало в фантазиях теперь. Если я это допущу, всё станет хуже. Не могла даже смотреть на Джея после поцелуя, а после ночи вместе останется что, прятаться от него в спальне? Мы не в той ситуации. Неловкость только больше всё осложнит. Да, я поступала правильно, когда куталась в отдельный плед и не придвигалась к Джею ни на дюйм при просмотре «Всегда говори «да»» этим вечером. Уверена, что правильно.
Забавным открытием оказалось, что он умел веселиться. Вкусовые пристрастия у нас тоже оказались на редкость схожи, поэтому уже второй день подряд мы заказывали одну и ту же пиццу. На журнальном столике ещё валялась коробка из-под острой «пепперони». Свет в гостиной так никто и не включил – лень вставать, да и мерцания экрана хватало. Комедия была так стара и затёрта, что шутки Джей знал наизусть, смешно цитируя реплики Джима Керри. Несмотря на всё ещё колкостью ощущаемое напряжение и то, сколько раз его рука приглашающе ускользала на спинку дивана, мне наконец-то стало уютно. Я не пыталась держать лицо – не до того, когда держать нужно тело, стойко не позволяя себе новых соблазнов. Когда до титров оставались минуты, на колени Джея вдруг нагло запрыгнул Пушок, впервые за всё пребывание в этом доме. В дымчатых глазах отразилось бескрайнее удивление: