И в этом мороке Ника расслышала едва различимую мелодию. Тихая и размеренная песня звучала в сознании. Она вертела головой, но мелодия не смолкла. Затаив дыхание, Ника брела по илистой почве, выставленными вперед руками ощупывает деревья на пути. Шла недолго, но мелодия крепла, набирала силу и звучала увереннее. Словно луч света во тьме, словно жизнь среди смерти, она плавно лилась, окутывала все вокруг. И вот Ника в состоянии различить голоса, слагающие несложный ритм.
Она застыла – впереди, среди крючковатых ветвей возникло свечение – мягкий голубоватый свет проложил дорогу сквозь безжизненное болото.
Девушка робко выглянула из-за ствола на поляну. Небольшой холм возвышался среди илистых протоков, цветы и свежая трава переливались отблесками магии, и Ника увидела существ, издающих чудесные звуки. Это монины, они точно соответствовали описанию – размером с ребенка, покрыты радужной чешуей, пальцы на руках и ногах соединены перепонками, а сзади красовался хвост, похожий на хвост ящерицы. На поляне их не меньше дюжины, и мягкое свечение издавали гладкие чешуйчатые тела. Они сидели полукругом, и среди маленьких фигурок восседала невероятно красивая девушка. Ее тело тоже покрыто чешуей, но ростом она выше, как обычный человек, и лицо – спокойное и прекрасное – совсем не похоже на чешуйчатые мордочки монинов с вытянутыми глазами и гладкими носами, это лицо человека, длинные сребристые волосы спускались ниже пояса, до самой земли. В них вплетены водяные лилии, цветы и листья. Большие, несколько раскосые глаза, светились мягким голубоватым светом. С плеч спускалась легкая серебристая ткань, похожая на светящуюся в лунном свете паутину, и образовала что-то вроде короткого платья. Именно она пела ведущую партию.
Ника закрыла приятные. И под веками она видела сияние, а голова шла кругом.
Когда она открыла глаза, волшебная девушка стояла в нескольких шагах. Мелодия померкла, лишившись солистки, но не замолкла, убаюкивая и ворожа.
– Вероника, – сказала девушка нараспев тягучим мелодичным голосом, продолжая песнь. – Я ждала тебя.
Нике стоило бы испугаться и закричать, но голова наполнена сияющим вакуумом, оставляя простор только для слов, переплетённых с чудесной музыкой.
– Я должна предупредить тебя, – продолжило волшебное создание, ее длинные изящные пальцы потянулись к рукам Ники. На ощупь кожа прохладная и гладкая. – Меня зовут Эринея, и я королева монинов. Мы давно ждем, и наша песнь – для тебя. Я должна предупредить об обмане.
Ника встряхнула головой, но сосредоточиться не удалось.
Эринея нежно, но настойчиво тянула Нику на поляну. Та не в силах сопротивляться, присела рядом с королевой на мягкую траву.
– Монины издавна живут в болотах и морях Тирляндии, но с нами не принято считаться, потому ты не знаешь о нас. Мы видели рассвет и упадок многих народов, видели войны и засухи, волшебство живет внутри нас, – речь Эринеи стала продолжение песни, а монины несколько затихли.
– Маги решили, что могут влиять на все вокруг… Но мир меняется… Думаешь, Абелисса – просто одержимая властью разрушительница порядка? Она – орудие в руках мироздания. Совет провидцев обладал слишком большой властью, потому был уничтожен. Твое рождение – огромная ошибка. Я покажу тебе, на что похожа жизнь регулятора. Закрой глаза, – прошептала королева, – слушай мой голос.
Ника безропотно застыла, тело налилось тяжестью, но вместо забытья она слышала мелодию монинов, обступающую со всех сторон. Мелодия стала ярче и громче, а затем затихла.
Девушка стояла в темном холодном помещении. Она протянула руку, и та уперлась в стену из отсыревшего камня, под ногами – хлюпает неприятно пахнущая жижа. Ни лучика света не просачивалось сюда, что делало каменную кладку безжизненной, тоскливой.
В дальнем конце мерцали огни. Она приблизилась к источнику света и попала в просторную комнату, которая вымощена камнем. Сырость не распространялась сюда. Высокий потолок сводом отражал шаги. По стенам пульсировали и горели волшебные огоньки, похожие на тот, что так радовал путешественников в руках Анны. Они подсвечивали стены с непонятными орнаментами и росписями, странные гравировки образовали пульсирующие символы и магические знаки, сцены истории.
В центре комнаты – постамент. Туда вели несколько высеченных из камня ступеней. А на верху, над камнем парила светящаяся фигура. Это мужчина, высокий и очень худой. Его ноги сложены, руки спокойно покоялись на коленях, глаза прикрыты, а длинные черные волосы и борода свободно развивались, словно на ветру. Его тело неподвижно, и кожа полупрозрачная, он весь – хрустальная фигурка, не человек, а продолжение магических символов.