– И вы знаете, где живет волшебник? – с надеждой спросила Анна.
– Никто этого не знает, – ответила Ирисия, появившаяся словно из-под земли. – Попасть к нему можно только, если он сам ждет гостей. Его маскировка несравнима с нашей, найти такую не в состоянии даже сама Правительница. Но Калеб может показать вам путь до гор, а там уж – выкручиваться вам самим.
– А вы когда-нибудь видели этого волшебника? – спросила Ника, обводя взглядом присутствующих.
Брат с сестрой опустили глаза, но Ирисия тяжело вздохнула.
– Да, мне доводилось встречать его, – сказала она устало. – Могу точно сказать, что Алевсандр ненавидит Абелиссу. Он принимал участие в перевороте, но силы были не равны, с тех пор, поговаривают, что он скрывается и не хочет никого видеть. Над оппозицией он посмеивается, особенно, сейчас, когда затянувшаяся война на границе выматывает все силы из страны. О нем ходит много слухов, как всегда… Он – очень могущественный волшебник, один из немногих, которые могут соединить все виды магии…
– Все виды магии? – выдохнула Анна. – Я думала, это миф!
– Нет, моя дорогая девочка, такие волшебники существуют, но их появление в нашем мире – огромная редкость, отмеченная в истории страны. Сразу могу сказать, что Абелисса и ее прислужники – типичные разрушители, другая магия подчиняется им не охотно. Кроме Алевсандра, рассказывали о еще одной колдунье, но ее след пропал вместе с переворотом. То ли она скрылась в оппозиции, то ли отдыхает в темницах Столицы. Абелисса не прощает тех, кто может превзойти ее в мастерстве. Трибудисы могущественны и непредсказуемы. Одному человеку сложно удерживать и контролировать такой объем колдовства.
Ирисия замолчала. Калеб смотрел на жену, не моргая, потом достал тяжелую трубку и закурил. Дым маленькими сизыми облачками поднимался к небу.
– А что еще вы можете рассказать об Алевсандре? – спросила Ника нетерпеливо.
– Почти ничего, – развела руками хозяйка. – Раньше он собирал талантливую молодёжь в округе, обучал магии, но много лет даже упоминания о нем под запретом… Когда я была маленькой девочкой, он звал учиться и меня, но я не могла бросить большую семью и мать… Так что мне не удалось побывать в его замке.
– Наш отец говорил про него, – вдруг вставила Анна. – Он говорил, что если кто и может дать отпор Абелиссе, так это он…
– Может и так, может и так, – повторила Ирисия. – Только мне кажется, что ему это не слишком нужно…
Разговор утих, и ребята собрали вещи. Ника с сомнением разглядывала кожу на ногах, маленькие царапинки затянулись, а синяки начали исчезать.
– Не далеко ты уйдешь без обуви, – усмехнулся Калеб, убирая трубку обратно в карман. Из-за пазухи он достал пару кожаных сапожек, таких мягких и легковесных, на вид не слишком крепких для длительных переходов.
– Это мне? – удивленно спросила девушка. – Они выглядят невероятно!
Она дотронулась до мягкой кожи подушечками пальцев, нежно взвесила обувь на ладони.
– А выдержат ли они прогулки по лесам? – удивленно спросила Ника.
– Они выдержат гораздо больше, чем хождение по лесу. Это легкая зачарованная кожа, такую обувь не купишь в магазине.
– Я не могу принять такую редкую вещь…, – выдохнула Ника, не в силах отвести взгляд от сапожек.
– Нам они все равно больше не пригодятся, – печально ответила Ирисия, и ее живые глаза наполнились печалью. – Они когда-то принадлежали нашей дочери.
– Тем более, – Ника протянула вещь назад.
– Наша дочь больше никогда не наденет их, а тебе они могут сослужить добрую службу.
– Но…
– Никаких больше «но», юная леди. Считай, что это наш прощальный подарок, – старушка сжала руки девушки в своих грубых мозолистых ладонях. – Это единственное, чем я могу помочь вам, а теперь – собирайтесь! Время не ждет.
Ника натянула подаренную обувь, удивляясь приятной мягкости внутренней отделки. Даже тяжелые сумки с провизией, которыми нагрузили ребят хозяева, не казались неподъемными. Последний раз Ника оглядела гостеприимный домик с сожалением – совсем не хотелось спешить в дорогу, оставляя кров и мягкую постель, но Анна ненавязчиво подтолкнула девушку за локоть, и вся компания тронулась в путь.
Лес скрыл небольшой домишко, смыкаясь за спинами ребят. Эрик еще раз сверился с картой, обрисованной Калебом на листке из какой-то старой книги, и все устремились вперед, гонимые страхом и неизвестностью.
За ними Калеб нежно обнял Ирисию за плечи. Когда спины ребят исчезли среди густой растительности, старушка смахнула непрошеную слезу.
– Ты не передумала? Если мы выйдем сейчас, то еще успеем скрыться в горах до прихода Джеси.