– Отлично, нас оставляют в качестве уборщиков, – громко шепнула Левретта, но Зерип наступил ей на ногу, и та замолчала.
– Кроме того, с завтрашнего утра я хочу приступить к обучению Регулятора. Конечно, слишком поздно, но что-то мы сделать можем. Вероника, ты готова открыть собственный дар?
Ника спешно проглотила большой кусок картофеля, который успела положить в рот. Она кивнула.
– Это серьезное решение, Вероника, – Олла оказалась у нее за спиной. – Прятаться дальше станет невозможным…
– Мне кажется, это было невозможным с самого начала…
Алевсандр громко рассмеялся.
– Девчонка умнее многих, – заметил он, откидываясь на спинку стула. – Судьба может дать видимость выбора. Отсрочивая необратимое, мы побуждаем ее на радикальные меры. Мне ли этого не знать…
– Поэтому вы согласились пустить нас? – спросила Анна.
– А эта догадливая. И готовишь хорошо. Где ты так научилась?
– Пришлось, – Анна смотрела себе под ноги, а плечи опустились.
– Эта способность оказалась решающей, – признался маг, отправляя в рот прожаренную куриную ножку.
Трапеза продолжилась, и все отдали должное рассыпчатой картошке и тающему во рту печеному мясу. Ника проглотила еду за несколько минут, наслаждаясь теплом, расползающимся по телу.
Вечером маг снова скрылся в своих покоях, оставляя гостей замка в большом зале. Настроение у всех заметно улучшилось – хорошая еда, крыша над головой и безопасность – о чем еще можно мечтать? Лишь Левретта ворчала, что не пристало ей становиться прислугой очередного сумасбродного мага, но никто не поддержал ее переживаний.
Эрик спал, не реагируя ни на гул голосов, ни на запах принесенной еды. Анна устроилась около кровати, поглаживая пропитанные потом волосы и порозовевшие щеки брата. Дыхание парня ровными волнами обтекало тело, но теперь он то и дело переворачивался с бока на бок.
Спать легли рано. Анна улеглась прямо на подоконнике около брата, а Зерип с Левреттой заняли дальние койки. Ника легла ближе к двери, но сон не спешил к ней после продолжительного дневного отдыха, и мысли так и сновали назойливо и беспощадно. Вскоре девушка услышала мерное дыхание спутников и храп Левретты. Долгий путь утомил всех.
Наконец, Ника сдалась и села в кровати. Темноте противостоял одинокий тусклый светлячок под потолком. Затхлый запах пыли сменился бодрящей горной свежестью и ароматами местных трав. Студеный ночной воздух влетал через открытое окно, вороша светлые пряди и приятно поглаживая лицо.
Ника тихонько обошла комнату и приоткрыла дверь в мансарду. Здесь было светлее, потому что за громадными окнами на соседней стене сверкало бесконечное небо с густой россыпью звезд.
– Тебе не спится, дитя? – за спиной появилась Олла, Ника вздрогнула от приглушенного мелодичного голоса.
– Тогда пришло время отправиться к источнику…
– Я думала, что источник может помочь вернуть магию, но у меня магии нет…, – шепнула Ника, не отрывая взгляда от неба. В отражении на стекле Олла выглядела совсем прозрачной и неземной.
– Источник помогает показать то, что скрыто, – призрак исчез из отражения – женщина двинулась вперед, приглашая девушку за собой. – Если магия ушла, ее ничего не вернет…
– Как у моей бабушки…
– Алиссия. Теперь я вспомнила ее, – Олла двигалась медленно и беззвучно, в тихом ночном воздухе раздавался шелест одежд. – Молодая и обиженная на саму жизнь, на саму магию…Такого она не прощает…
– Кто? – с удивлением спросила Ника.
– Магия.
– Так она не покинула ее?
Олла покачала головой, белые волосы колыхались и переливались в тусклом свете:
– Но сердце Алиссии держалось за обиды, и не было готово их отпустить. Она выбрала свою участь, и так и не набралась смелости поменять решение…
– То есть она могла…
– Да, Алиссия могла вернуть магию. Но даже наш источник не помог ей залечить сердечные раны. Иногда они бывают слишком глубоки…
– Как у Алевсандра? – Ника закусила губу, но Олла улыбнулась в ответ.
– Это не имеет значения. Как твоя бабушка была влюблена в человека и обижена на жизнь, Алевсандр влюблен в жизнь, и обижен на человека. И жизнь отвечает ему взаимностью, потому не имеет значения то, сколько он будет хвататься за свою обиду и боль. Сама суть магии пропитала его насквозь – рано или поздно ему придется признать это.
Тем временем мансарда закончилась массивной дубовой дверью.
– Мне кажется, я не видела ее вчера, – сказала Ника задумчиво.
Олла дотронулась до грубой деревянной обивки подушечками тонких пальцев. От резкого протяжного скрипа волосы на затылке Ники встали дыбом. Призрачная проводница проскользнула в образовавшуюся щель, а Ника последовала за ней. Перед ними оказалась каменная ниша с источником.