— Двое детей, — улыбнулась она, заметив его быстрый взгляд, хотя, казалось, все время смотрела ему в глаза. — Мальчик Рене и девочка Мари. А у тебя?
— Я не женат. У меня даже девушки нет.
— Оно и к лучшему. По крайней мере, на время расследования. Не будет отвлекать внимание. — Она наклонилась к нему и прошептала: — И постарайся быть самим собой. Шеф выбирает только тех, кто не притворяется.
— Но при этом, полагаю, они должны хорошо знать свое дело, — сказал Лемье, думая, что делает ей комплимент.
— Ну, честно говоря, человек, не определившийся с собственным «я», вряд ли сможет преуспеть в нашем деле. Как можно выяснить правду о ком-то, если боишься узнать правду о самом себе?
— Итак, — начал Бювуар, — есть кое-какие новости. Мне удалось выяснить, каким образом подводилось электричество к площадке для керлинга. Вчера днем я допросил Билли Уильямса — парня, который на своем грузовике отвозил Сиси в больницу, — и узнал, что это он подключал обогреватель. Позвольте, я продемонстрирую вам это наглядно. Ведь некоторые из вас еще не успели побывать на месте преступления.
Взяв глазированный пончик в одну руку и маркер в другую, он подошел к одному из больших листов бумаги, прикрепленных к стене.
— Это озеро Брюме. Вот Уильямсбург, а вот здесь находится Легион-холл. Пока все понятно?
Бювуар был отнюдь не Пикассо, что являлось несомненным достоинством для инспектора отдела убийств. Его схемы всегда были четкими и ясными. Большим кружком он обозначил озеро Брюме. Кружок поменьше, соприкасающийся с большим, должен был символизировать Уильямсбург. И наконец крестик, нарисованный недалеко от берега озера, обозначал Легион-холл.
— Из этой схемы понятно, что непосредственно от самого здания озера не видно. Нужно пройти вот по этой дороге и завернуть за угол. Тем не менее это всего пять минут ходьбы. До того как начался матч, все были на благотворительном завтраке в Легион-холле. Билли Уильямс сообщил мне, что отправился на озеро еще до завтрака и вывел грузовик на лед.
— А это было не опасно? — спросил один из полицейских.
— Толщина льда в этом месте примерно полметра, — ответил Бювуар. — Он замерял ее перед Рождеством, когда устанавливал трибуны и обогреватель. Вчера ему нужно было только еще раз расчистить площадку и подключить провода к обогревателю. Утро было ясным, и он решил сделать и то, и другое до того, как отправиться на завтрак. Грузовик стоял вот здесь. На фотографиях с места преступления четко видны следы шин. — Он раздал фотографии с помеченным крестиком местом. — Как видите, он стоял на льду недалеко от берега. А теперь очень важный момент. Здесь у нас грузовик, здесь обогреватель — полностью его название звучит как «нагревательный прибор лучистого отопления» — вот тут, чуть дальше, трибуны. А здесь… — Он нарисовал длинный прямоугольник. — …площадка для керлинга. Билли Уильямс работает здесь механиком от Канадской автомобильной ассоциации, в которой ему и выдали его чудовищный грузовик. Я его видел. Настоящий монстр. Колеса почти с меня высотой. — Гамаш откашлялся, и Бювуар, сразу вспомнив, где находится, оставил лирические отступления. — В общем, у него в безбортовом кузове установлен генератор. Причем не какой-нибудь обычный генератор, а просто огромный. Уильямс утверждает, что он ему нужен для отогрева замерзших полуприцепов и строительного оборудования. Поэтому все, что ему нужно было сделать, это взять соединительные провода и подсоединить их одним концом к генератору, а вторым — к нагревателю. Voila. Есть ток, и есть тепло.