Клара распахнула входную дверь, впустив в прихожую поток ледяного воздуха, и почему-то не особенно удивилась, увидев старшего инспектора Гамаша. Конечно, она бы предпочла, чтобы это был главный хранитель Музея современного искусства, который приехал посмотреть ее работы, но понимала, что такой вариант крайне маловероятен.
— Входите! — Клара пропустила старшего инспектора в дом и быстро закрыла за ним дверь.
— Простите за вторжение, но я вас долго не задержу, — сказал Гамаш с легким поклоном. Это выглядело настолько галантно, что Кларе захотелось сделать реверанс. — У вас есть видеоплеер?
Вопрос был настолько неожиданным, что она даже замешкалась с ответом.
Старший инспектор расстегнул парку и достал из внутреннего кармана видеокассету. Клара с интересом посмотрела на нее.
— «Лев зимой»?
— Précisément. Мне необходимо посмотреть эту кассету как можно скорее.
Гамаш выглядел, как всегда, спокойным и сдержанным, но Клара достаточно хорошо его знала, чтобы понять, что это не пустячная просьба и он пришел в их дом не потому, что хотел приятно провести вечер в уютной домашней обстановке.
— У нас есть видеоплеер, — сказала она. — Правда, с минуты на минуту к ужину должны прийти Мирна и Руфь.
— Простите, я не хотел вам мешать.
— Вы не можете нам помешать, старший инспектор! — С этими словами Клара взяла его под руку и провела в теплую, уютную кухню. — За столом места всем хватит. Главное, чтобы вы не возражали против такой компании. Питер приготовил свое фирменное блюдо из остатков индейки с овощами. Выглядит чудовищно, но вкус совершенно неземной.
Вскоре из своей студии вышел Питер, а еще через несколько минут прибыли и остальные. Мирна заключила всех в свои могучие объятья, а Руфь прямиком направилась к бару.
— Слава богу! — сказала она, когда Клара объявила, что Гамашу нужно посмотреть видео. — Не придется напрягаться и поддерживать беседу.
Клара приготовила корзинку с ужином для Ричарда и Кри, и Мирна вызвалась ее отнести.
— Вас подвезти? — предложил Гамаш.
— Туда же идти всего ничего. Кроме того, после такой прогулки я с чистой совестью смогу претендовать на добавку, — улыбнулась Мирна, обматывая шею километровым разноцветным шарфом.
— Раз уж вы туда идете, не могли бы вы посмотреть Кри как врач? — понизив голос, попросил Гамаш. — Меня очень беспокоит ее состояние.
— А чего вы ожидали? — спросила Мирна. Ее обычно жизнерадостное лицо внезапно стало очень серьезным. — Совершенно естественно, что ребенок, на глазах у которого убили мать, некоторое время не совсем адекватен.
— Вы правы, но мне кажется, что в случае с Кри все гораздо серьезнее. Просто посмотрите ее, хорошо?
Мирна согласилась и отправилась в путь.
Агент Иветта Николь возвращалась из Монреаля в Три Сосны. Она ехала по скоростному ряду автострады, и ее передний бампер был буквально в нескольких сантиметрах от идущей впереди машины. Интересно, водитель уже заметил ее?
Николь обожала подобные моменты. Ее возбуждало сознание опасности. Достаточно малейшей неосторожности, и произойдет непоправимое. Стоит водителю идущей впереди машины случайно нажать на тормоз, и через считаные секунды обе машины превратятся в один пылающий шар, летящий по обледенелой автостраде со скоростью сто сорок километров в час. Николь крепче сжала руль. Она была в ярости. Как он смеет задерживать ее? Как он посмел занять ее ряд? Как он смеет ползти как черепаха? Ну ничего, она сейчас покажет этому придурку, где раки зимуют. Она никому не позволит встать у себя на пути. Гнев и азарт делали ее неуязвимой. Но к этим двум чувствам примешивалось еще одно.
Ликование.
Она предвкушала, как сейчас заставит этого мужика наложить в штаны от страха.
— Я прочитал вашу книгу, — сказал Гамаш. Они с Руфью сидели перед камином, в котором весело пылал огонь. Питер возился в кухне, а Клара рылась на книжных полках в поисках какой-нибудь книги, которую еще не читала.
Одного взгляда на Руфь было достаточно, чтобы понять, что с комплиментами к ней лучше не соваться. Эта дама скорее позволила бы опустить себя в котел с кипящим маслом, чем стала их выслушивать. Проигнорировав реплику Гамаша, она сделала изрядный глоток виски.
— Но у моей жены возник один вопрос.
— У вас есть жена? Неужели кто-то согласился выйти за вас замуж?