— А твои родители что думали по этому поводу?
— Сначала удивились, считая, что я пойду по их стопам и займусь дизайном. Но моя страсть к растениям была такой сильной, что они смирились. Когда мне исполнилось восемь, я поступил в ученики к Мирандолу, на тот период лучшему мастеру в области Гранокологии Эдефии, старику, которому было уже больше ста пятидесяти лет. Он был адептом Хильдегарды Бингенской, чье имя носит Лекарня Эдефии. Это аналог госпиталя, как ты догадываешься. Хильдегарда — это одна удивительная женщина из Во-Вне. О ней узнала во время своего снолёта Лучезарная Аннамира в XII веке.
Хильдегарда Бингенская — автор мистических песнопений, но куда больше она известна благодаря своим трудам по медицине и естествознанию, потому что знала тайны растений. Аннамира в то время много снолетала по Европе, и ее наблюдения вдохновили многих Гранокологов, в том числе и старину Марандола, который так многому меня научил. А восемь лет спустя я поступил на службу к Лучезарной Малоране.
— Да ты «скороспелка»! — воскликнула Окса.
— Ты тоже ничего, на своем поприще, — подчеркнул Абакум.
Он встал и подошел к шкафу с множеством маленьких ящичков. Открыв штук десять, Чародей вытащил оттуда что-то похожее на пилюли, самые разные: круглые, плоские, продолговатые, и разных цветов, а затем вложил их в разрезанную продольно трубочку.
— Иди-ка сюда, перейдем к практическим занятиям. Не хочешь достать свой Гранокодуй?
56. Интенсивный курс Гранокологии
В течение примерно двух часов Окса усердно заучивала заклинания, функции и названия Граноков словно стихи. Они с Абакумом настолько сосредоточились на этом занятии, что даже не замечали, как Центавра, поднявшись на корнях как на цыпочках, подробно докладывала об увиденном остальным растениям элеватора.
— Ну что ж! — воскликнул Абакум. — Ты чертовски хорошая ученица! Быстро схватываешь, ставлю двадцать из двадцати!
— Ой! Я рада!!! — взметнула руки над головой Окса. — По-моему, Гранокология стала моим любимым предметом! Спасибо, Абакум!
Она повисла на шее старика, который нежно ее обнял, тронутый эмоциональностью и горячностью юной ученицы.
— Э-э… Абакум… Я вот о чем подумала…
— Да?
— Ты тут говорил о взаимоуважении между растениями и Внутренниками, и я вот подумала, как ты получаешь их листья, корни или сок? Им же больно при этом, нет? Это не противоречит твоим убеждениям?
Абакум поглядел в серые глаза девочки и ответил:
— Верно подмечено, детка… Хороший вопрос. Я лично всегда старался относиться к растениям и существам, живущим под моей крышей, с тем же уважением и добротой, с какой они привыкли в Эдефии. И знаю, что Драгомира с Леомидо тоже очень к ним внимательны. Что же до использования листочков, то я их просто отрезаю, и поверь, если это делать осторожно, то растениям больно ничуть не больше, чем тебе, когда парикмахер стрижет тебе волосы! Что касается корней, то я действую так же, и в этом случае это можно сравнить со стрижкой ногтей. И то же с гребешком Простофили. Хотя он довольно медленно растет…
— Как и его мозги! — прыснула Окса.
— Да, как его мозги, — тоже развеселился Абакум. — Его гребень — как ногти: их нужно регулярно обрезать. Что касается сока растений, в частности, очень ценного сока Горановы, тут несколько сложнее. На протяжении десятилетий Внутренники делали на их стеблях крошечные надрезы, и ты можешь себе представить, насколько это было неприятно для Горанов. Кстати, возможно, именно поэтому они генетически такие нервные… Но в один прекрасный день некий ботаник нашел иной способ получения сока, и с тех пор мы их доим.
— Что?! — вытаращила глаза Окса. — Доите Горанову? Ты именно это сказал?
— Ну да, именно так. Техника довольно сложная, потому что с Горановами никогда просто не бывает. Но принцип именно этот.
— С ума сойти! Дойка Горановы…
Абакум встал, закрыл все ящички, из которых доставал Граноки, потом открыл другой шкаф и вынул круглую коробочку.
— Ты вроде говорила, что у тебя с собой есть Улучшалки?
Окса кивнула и с согласия Кульбу-горлана, приготовившегося дать тревогу, вытащила из сумки коробку из-под сигар, в которую раньше уложила Улучшалки Драгомиры.
— Вот, держи, я тебе дам Ларчик, — протянул ей Абакум маленькую круглую коробочку. — Я сделал его специально для тебя из тех же материалов, что и твой Гранокодуй. И после дойки Горановы… — подмигнул Чародей. — Ты сможешь сложить в него все свои Улучшалки, начиная с Прилипучек Драгомиры.