Почувствовав себя в центре внимания, тот прервал свое занятие, и его круглое личико приобрело странный баклажанный цвет.
— Фолдингот, подойди, пожалуйста, — позвала домового Драгомира.
— Слушаю, Старая Лучезарная?
— Я задам тебе один очень важный вопрос… Ты знаешь, где находится Эдефия?
Голос Бабули Поллок был хриплым и дрожал. В зале повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь дыханием собравшихся.
— Эдефия есть продолжение Мира, и знание Ориентира хранится тщательно в моем мозгу, да, Старая Лучезарная, — просто ответил Фолдингот.
— Господи! И ты никогда об этом даже не упоминал? — воскликнула Драгомира.
— Дано в том было обещание Лучезарной Малоране, что лишь необходимость освободит Ориентира место расположения.
— А эта самая необходимость, она как выглядит? — щеки Оксы пылали.
Фолдингот повернулся к ней и почтительно склонил голову.
— Необходимость — это значит момент, когда судьба решение примет, — невозмутимо ответил Фолдингот. — Отдать Ориентир не в тот момент ошибкой будет, что приведет всех Беглецов в огромной неудаче. И нужно вам впитать принятие сей информации: не следует знать вам нынче Ориентир.
— А как мы узнаем, что он настал, этот подходящий момент? — спросила Окса.
— Дадут Без-Возраста сигнал, что Юной Лучезарной будет просветлением. Вступали все они в контакт уж с вами, то правда есть.
— Ну да, верно, — кивнула Окса. — А медальон? Ты что-нибудь о нем знаешь?
— Убежденность Старой Лучезарной омыта истиной. Владеет Фолдингот секретом медальона открывания. Проявит надпись слова свои тогда, как встретит момент адекватное обстоятельство.
— Ну ясно… Но откуда ты все это знаешь, Фолдингот? — срывающимся от волнения голосом спросила Окса.
— Фолдингот имеет знание всех секретов, таящихся в глубине сердца Лучезарных, — пояснил Фолдингот. — Всех секретов.
74. Пятое племя
После этого чудесного откровения изумление Беглецов достигло апогея. Все заговорили одновременно, отчаянно жестикулируя. Какая фантастическая новость! И какое облегчение… Кто-то знает, как найти Эдефию. И этот кто-то — Фолдингот Драгомиры! Беглецы в жизни бы не подумали, что Абсолютный Ориентир, позволяющий им снова обрести их потерянный мир, укрыт в голове этого маленького чудного существа. Теперь, конечно, их возвращение в Эдефию стало казаться более вероятным, чем когда-либо прежде. Особенно Оксе, буквально бурлившей энтузиазмом.
— Но я готова! — настойчиво заявила она бабуле и Абакуму. — Я теперь так много умею!
— Да, безусловно, умеешь, — спокойно ответила бабушка. — И нам понятно твое нетерпение… Но посмотри на нас! Некоторые из нас — старики!
— Ага, старики, способные размазать по стенке чемпиона мира по боксу, — хмыкнул Гюс.
— Старики, умеющие летать, — подхватила Окса, — отшвыривать людей на десятки метров, изготавливать адские смеси… Старики, способные положить мир к своим ногам, если захотят!
— Да, — согласилась Драгомира, — но в первую очередь старики, то есть совсем не воины, и абсолютно не готовые ни морально, ни физически противостоять чему бы то ни было. Но, главным образом, старики, представления не имеющие, с чем им придется столкнуться… Я тебе повторяю: такого рода мероприятие нельзя осуществлять, все не продумав.
— Прошу прощения… — неожиданно вмешался доселе молчавший Нафтали.
Все повернулись к шведскому гиганту, взгляд изумрудных глаз которого в данный момент был весьма серьезным. Нафтали сложил перед собой руки домиком и с сожалением пристально взглянул на Брюн. Та подбадривающе коснулась его руки и ответила понимающей улыбкой.
— Прошу прощения… — повторил гигант. — Но коль уж сегодня день откровений, мне тоже есть что сказать… Кое-что очень важное, что вам необходимо знать относительно Ортона-МакГроу.
Леомидо подавил огорченный вздох, что не ускользнуло от внимания Оксы. Нет, у ее двоюродного деда определенно весьма странные реакции… Почувствовав, что за ним наблюдают, Леомидо взглянул на внучатую племянницу и тут же опустил глаза.
— О чем ты хочешь рассказать, Нафтали? — удивился Абакум.
— О тайном Обществе Застеней, — Нафтали пристально поглядел на мужчину-Фея.
— Застеней? — озадаченно переспросил тот. — А что тебе известно о Застенях?
Драгомира и Брюн переглянулись через стол, явно обеспокоенные, а Леомидо помрачнел. Окса кинула на родителей вопросительный взгляд, но они, похоже, знали не больше нее. Белланже тоже пребывали в недоумении. А вот у Тугдуала словосочетание «тайное общество» совершенно очевидно вызвало жгучий интерес.