– Опустить щит в округах Альфа, Дельта, Каппа, Мю, Ипсилон и Омега! – без колебаний скомандовал Михаил.
В плотной оболочке из жёлтого света, окружающей сферу Рая, появились небольшие прорехи. Сквозь мрачную космическую пустоту к планете подплыли чёрно-красные небесные крепости Ада. Они повернули телепортаторы к синеющим зазорам в щите, и красные лучи из их недр рассекли тьму звёздной бездны.
Один подобный луч обрушился на Сады Благочестия. Только он не принёс с собой разрушений и смерти. В багряном свечении на мраморной плитке выросла арка портала. Ангелы с подозрением и любопытством наблюдали, как постепенно проявлялись в реальности чёрные колонны и пылающие факелы на них, как наверху над столбами воплотилась перекладина с острыми шипами.
Когда портал окончательно образовался, луч исчез, а алое сияние осталось только под его аркой. Из этой бездны, чуждой всему святому, вышел Дьявол. Неестественно худое и бледное существо в чёрном балахоне держалось с уверенностью и достоинством. За властелином Преисподней выступили его мрачные гвардейцы-мортарии и архидемон с кожистыми крыльями, который очень отдалённо напоминал ангела. Воители Рая смотрели на полководца Ада с не меньшим презрением, чем на его морщинистого, беззубого повелителя.
Дьявол вышагивал по белокаменной плитке с таким высокомерием, будто всё вокруг принадлежало ему. Он остановился, лишь когда увидел перед собой меч Михаила.
– Знай, что тебе здесь не рады, Нечистый, – сказал Архистратиг.
– Я предпочитаю говорить с Первым Ангелом, – спокойно прошамкал Тёмный Бог.
– Повелитель Метатрон ждёт тебя на Седьмых Небесах, – с ненавистью произнёс Михаил, – ты туда проследуешь один, без своей мерзкой рати.
– Как скажешь, – равнодушно ответил Дьявол, – моя гвардия послужит вам здесь, пока я ей буду командовать.
– Ангелы! – обратился Михаил к своим подчинённым, – отворите врата. Пусть наш… гость пройдёт.
Белые ворота с треугольной крышей, похожей на фасад дворца, открылись. Толстые створки, украшенные половинами креста, медленно раздвинулись, и Дьявол направился внутрь.
Пришедший с Нечистым архидемон подошёл к Михаилу. Полководец Преисподней носил громоздкие доспехи из адской стали. Большой серый нагрудник выделялся на фоне чёрной, покрытой серебристыми и красными узорами брони. В руке архидемон держал нечто, похожее на рукоять меча. За спиной командира поднимались два мощных кожистых крыла, как у летучей мыши. Из его мертвенно-белой, лишённой волос головы росли длинные рога. Лицо архидемона с морщинами и впалыми глазами походило на череп. Но Михаил видел в нём некогда благородные черты – те же скулы, тот же волевой подбородок, тот же аристократический нос, что у него самого. Когда-то этот архидемон был красивым, как ангел…
– Здравствуй, Люцифер, – сказал Архистратиг, – я не ожидал, что ты сюда вернёшься.
При виде прежнего Первого Ангела Михаил чувствовал лишь вековую боль и печаль.
– Как приятно снова оказаться в Раю, – низким голосом ответил Люцифер, – узреть его священные сады и храмы.
– А ведь когда-то ты нёс свет Божий так же, как и все мы, – с сожалением произнёс Михаил, – ты был мне примером, ты был мне братом. Что же теперь с тобой стало?
– Теперь я несу лишь единственно верный свет – свет адского пламени, – сказал Люцифер, – я устал от вечной лжи твоего Бога, Михаил.
– И принял ложь нашего врага, – добавил Архистратиг.
– Нет, я принял лишь силу, которая вам и не снилась, – возразил архидемон, – скажи, Михаил, что ты чувствовал, когда низверг меня в Ад?
– Лишь боль и сожаление, – вздохнул Михаил, смотря в глаза бывшего друга.
– Я не знаю, на что ты тогда рассчитывал. Ты бы всё равно не занял моё место, не стал бы могущественнее Метатрона!
– Не все мыслят так, как ты, Люцифер, – возразил Архистратиг, – я тогда исполнил свой священный долг.
– О, узнаю старого доброго Михаила, – скривился в усмешке падший ангел.
Дьявол поднялся по ступенькам во дворец Бога. Там Нечистого встретили два архангела Метатрона. Сам Первый Ангел так же стоял справа от своего повелителя.
Не обращая внимания на крылатых воителей, Дьявол медленно подошёл к Небесному Престолу. Повелитель демонов испытывал сильную, всепоглощающую ненависть к тому, кто восседал на троне из чистого золота, но в то же время и уважение, трепет. Морщины на белом лице Дьявола разгладились, когда он посмотрел на старое, неестественно равнодушное лицо брата.