– Ты всегда умел выбрать оружие, Люцифер, – сказал Михаил, который встал рядом.
– Недаром я был среди вас самым лучшим, – усмехнулся падший ангел.
– Был… – снова задумался Архистратиг.
Гвардейцы Арабеллы постепенно пробивались сквозь ряды демонов, убивая кровавых воинов. Навстречу роботам вышли архангелы и ангелы. Жёлтые лучи из крестов ясноглазых, светловолосых воителей разили роботов, плавя и сервомоторы.
В небесах над городом к ангелам присоединились демоны. Серые уродливые горгульи грозно реяли среди облаков на кожистых крыльях, вытянув вперёд острые когти. Вместе с летающими демонами из порталов-колец появились высокотехнологичные перехватчики. Подобно молниям, чёрно-красные аэропланы пронеслись среди облаков в поисках своих целей.
Горгульи набрасывались на летающих гвардейцев Лимбо, раздирая броню и ракетные ранцы роботов. Адский огонь из пушек на крыльях перехватчиков сбивал прибывающие транспортники Арабеллы с подкреплением. Сидящие за красными стёклами демоны-пилоты, подключённые к технике множеством проводов и шлангов, скалили зубы от ярости и постоянной боли. А за сражающимися воинами Аида и Зевса из облаков поднялись уцелевшие пирамиды Красной Церкви Кроков. Установленные на кораблях пушки, насытившись жертвами, выжигали корабли Лимбо и гвардейцев, штурмующих Небесный Град.
Однако Арабеллу уже нельзя было остановить. Всё больше роботов побеждало в боях на нижних ярусах Рая. Рампы новых транспортников опустились на площадки из райского камня, выгружая элитных Стирателей. На руках этих усовершенствованных биороботов были закреплены большие и мощные пушки, а в их груди зловеще пылал огонь разрушения.
Стиратели возвышались грозными силуэтами над полем битвы, усеянном трупами ангелов и демонов и обломками гвардейцев Лимбо. Их большие и крепкие ступни, предназначенные для компенсации отдачи, оставляли трещины в безупречном белом мраморе дорог.
– Они… хрр… умрут… – очень низким, утробным басом произнёс один из элитных Стирателей.
Биоробот навёл правую руку с тяжёлой противотанковой пушкой в сторону пирамиды кроков, поднимающейся над райским городом. Прицелившись, улучшенный Стиратель выпустил снаряд, созданный где-то в его недрах из металлического сплава. Из ствола вылетела вспышка, и вскоре снаряд оставил огромную пробоину в корабле Красной Церкви. Без устройств, которые удерживали пирамиду в воздухе, она мёртвым грузом упала на треугольные крыши и круглые купола Небесного Града.
Двери сада Арабеллы открылись. На улицу города, обнесённую баррикадами, прибыли гвардейцы Лимбо. Хуан насчитал около десятка этих механических солдат. Автоматоны в белой броне были вооружены копьями и винтовками.
– Приготовиться! – кричал генерал Вольдемар, – держать строй!
Жаклин и Хорхе с леденящим ужасом смотрели, как к баррикадам приближались автоматоны. Рядом с Пересами были и другие жители Последней Надежды – не все они заперлись в своих домах. Кто-то остался на улице из чистого любопытства, но большинство просто не было равнодушно к судьбе города.
– Обнаружены диверсанты в запрещённой зоне, – монотонно произнёс копейщик в плаще, – данный прецедент расценивается как акт неповиновения. Мы усмирим вас.
Гвардейцы Арабеллы медленно зашагали в сторону баррикад, выставив копья.
– А вы попробуйте, – процедил Вольдемар, – ОГОНЬ!!!
Солдат Последней Надежды, который скрывался за обеденным столом Пересов, выстрелил из пушки Стирателя в гвардейцев. Отдача была такой сильной, что чуть не сбила бойца с ног. Оглушительный залп разорвал двух автоматонов. Другие повернули отсутствующие лица к своим павшим собратьям и продолжили наступление.
– Вы будете устранены, – ровно произнёс выживший копейщик.
Пока подкрепление гвардейцев Лимбо было на подходе, ещё один солдат и полицейский в чёрной форме вышли за баррикады и взяли оружие у поверженных врагов. К счастью, винтовки неизвестной конструкции почти не пострадали от взрыва, и из них, похоже, можно было стрелять. Солдат с боевой раскраской на лице прицелился в гвардейца с копьём и нажал на спусковой крючок. Из ствола винтовки с шипением вылетел ослепительный сгусток плазмы, который поразил автоматона. Боец вгляделся в расплавленный металл и торчащие из него провода, и довольно усмехнулся.