«Давай дёрнем!» – подумал Эрнст.
Изабелла потянула за золотистую цепочку, другой конец которой по-прежнему сжимали пальцы Арабеллы. Вдруг удастся порвать оковы, снова обрести магию и убить Левски до того, как она пройдёт через врата? Или же Метатрон её убьёт? Изабелла дёрнула за цепь, пытаясь сбежать, но её узы засветились, и она ощутила, как они стали ещё прочнее. С другой стороны от Арабеллы Эрнст тоже тянул свою цепь, однако и у него ничего не вышло. Оковы лишь засветились и стали более крепкими.
«Чёрт!» – подумала Изабелла.
Своими силами они никак не могли освободиться. Цепи действительно были такими прочными, как говорила Арабелла. Вдруг Метатрон мог бы их разбить? Вот Первый Ангел подошёл ближе к Левски и замахнулся над ней молотом для следующего удара. Но в этот момент волшебница встала, а Эрнст и Изабелла, наоборот, упали на плитку. Теперь они не могли пошевелить конечностями и что-либо сделать – Арабелла сковала их не только цепями, но и магией.
– Вы думали, что сможете сбежать? – выпалила Левски, – я не допущу этого!
Она пустила новую энергетическую волну в Метатрона, и он отлетел назад, едва задевая землю каблуками бронированных сапог.
– Это не будет длиться долго, – с ненавистью процедила Арабелла.
Первый Ангел был в замешательстве. Волна магии постепенно разрушала его доспехи, и он мощным рывком взмыл в небо и приземлился за спиной Арабеллы. Изабелла и Эрнст услышали громкий хруст, когда его ноги коснулись упавшего древесного ствола. Метатрон снова поднял молот, но Арабелла оказалась проворнее и развернулась к нему, встретив его орудие магической волной из левой руки. Золотые цепи зазвенели в её правой руке, а обездвиженные Эрнст и Изабелла могли только наблюдать за битвой. Синий свет Арабеллы столкнулся с жёлтым сияющим молотом, и от орудия Метатрона поползли молнии. Волшебница и серафим сверлили друг друга злыми взглядами. Никто из них не собирался сдаваться, и каждый желал лишь победы.
Вдруг жёлтый свет над головами близнецов начал побеждать синий. Колоссальный поток магии Арабеллы сжался до небольшой вспышки, зато молот Метатрона засиял подобно солнцу. Вдруг Первый Ангел всё же победит, и Арабелла будет уничтожена? Но этого не случилось. Левски выбила телекинезом молот из рук серафима, и оружие упало недалеко от ворот, а вспышки жёлтого света со временем погасли.
– Ты проиграл, Метатрон, – произнесла Арабелла, упиваясь своей победой, – Покорись мне.
Она выставила вперёд левую руку, и Первый Ангел упал на колени под действием невидимой магической силы. Его броня с грохотом соприкоснулась с плиткой Рая прямо перед Изабеллой. Сестра видела, как суровое лицо ангела вмиг стало забитым и испуганным – похоже, он никак не ожидал, что Арабелла могла победить его в бою.
– Прошу, пощади меня, – дребезжащим голосом произнёс Метатрон.
– Более двух тысяч лет вы с демонами поддерживали свою монополию на добро и зло, – сказала ему Арабелла, – вы торговали этими понятиями среди смертных. Но на самом деле не существует ни добра, ни зла, а есть только интересы разных групп, субъектов. То, что является добром для меня, будет злом для тебя, Метатрон, и ты это, к своей чести, понимаешь, раз заключил союз с Аидом. Но… – Арабелла задумалась, – но для тебя оказался важнее всего порядок, как и для твоего убогого божка. Ты пошёл по пути лицемерия, чтобы сохранить удобную тебе картину мира, и за это ты недостоин жить в новой эпохе.
– Не надо! Господь тебя покарает! – в страхе выкрикнул Первый Ангел.
– А я его не боюсь, – ухмыляясь, ответила Левски.
Волшебница создала ещё одну энергетическую волну, и синяя магия окутала золотой нагрудник Метатрона. Первый Ангел истошно кричал, когда разрушительный свет пожирал его шею и голову, а Арабелла с наслаждением за этим наблюдала. Старое лицо Метатрона обуглилось, а затем стало лишь факелом, бьющим из шеи серафима.
Тело ангела безвольно опустилось, когда его покинула жизнь. Языки пламени охватили его вычурные доспехи и все шесть крыльев. Близнецы инстинктивно отвернулись, когда перед ними вместо Метатрона поднялся костёр. А Арабелла стояла рядом с обугленными останками Первого Ангела и задумчиво взирала на ворота в конце сада. Вскоре уголки её рта поднялись в ухмылке.
– Поднимитесь, – повелела Арабелла.
Она дёрнула за цепи, и Эрнст и Изабелла поняли, что снова могли пошевелить онемевшими руками и ногами.
Придерживая друг друга, насколько это было возможно, Брат и Сестра встали на белую райскую плитку. Тела с трудом слушались близнецов, а головы болели. Зато Арабелла, которая сжимала их цепи, выглядела очень бодрой и полной сил. Высокая, мощная, царственная фигура, строгое, уверенное лицо – всё в ней говорило о предстоящей победе.