— Сейчас закричу!
— Просто посиди здесь. Если хочешь еще выговориться, то я слушаю.
— С чего ты взял, что мне это нужно?
— А как же проблемы? Поделись ими — возможно, помогу.
— Спасибо, не надо. Самая большая проблема из всех — это ты. Появляешься, напоминаешь о себе, лезешь. Кто тебя просил приходить? Ты разрешение спрашивал? И вообще, мне неприятно твое присутствие, не говоря уже о том, что душу раскрыть тебе я не собираюсь.
Я не вырывалась, однако и обратно занять свою половину кровати не спешила — сидела на краешке, продолжая поглядывать на дверь. Еще надеялась, что темнейший перестанет упорствовать и исчезнет. Не хотела решать все через конфликт и привлечение третьей стороны, однако с давящим грудь осознанием понимала, что иначе надоедливого наследника цепи не прогнать.
— Тогда послушай, — вкрадчиво произнес он. — Что тебе рассказать?
— Вурран, разговоры не помогут. Ты сделал все, чтобы оттолкнуть и наглядно продемонстрировать, каков внутри. И знаешь, люди не меняются. Конкретно ты не изменишься. Сделал раз, так же поступишь и во второй. Я для тебя игрушка: ценная, важная, которую хочется спрятать в своей комнате и никому не отдавать. Так?
— Допустим.
— Но я не хочу ею быть. Я за равенство. Я из другого мира. У меня другие ценности, взгляды, иное восприятие, которое не сочетается с твоим. Поэтому уйди сейчас и не пускай в себя надежду, что я внезапно передумаю и вдруг приму твое предложение пойти с тобой. Оно уже витает в воздухе. Ты не говоришь, но думаешь так. Вурран, — опустила я плечи и покачала головой, — не пытайся поменять мое решение.
— Какое из них? — провел он большим пальцем по моей коже, продолжая удерживать за запястье. — Я не знаю ни об одном. Кроме того, что задумала вернуться в прошлое и все испортить. Но ты почему-то здесь, не кричишь… Прости, — поспешно добавил и вновь потянул на себя, заставив едва не лечь рядом. — Если все так, если ничего уже не исправить, то игнорируй. Не лучший ли метод в борьбе с неприятной тебе личностью? А я всего лишь побуду рядом. Если хочешь, могу молчать. Просто позволь присутствовать в твоей жизни, — говорим он шепотом, а для меня это звучало как крик отчаяния.
— Ты готов настолько низко пасть? Решил стать моей тенью?
— Если иного выхода нет, — сжал он крепче мое запястье. — Ложись. В сон не войду, но посторожу его. Ты не против?
— Против.
Глаза в глаза. Мое желание оттолкнуть против его стремления притянуть и заключить в объятья. Я знала, чего Лунный дракон хочет, но не собиралась сдаваться.
— Вурран, — поморщилась я, — ты самому себе только сделаешь хуже. Да и твое поведение — оно разительно отличается от самого тебя. Зачем играть эту роль хорошего мальчика? Привыкнешь, снова потеряешь, а потом…
— Не думай об этом, — замотал он головой и приподнял мой край одеяла, приглашая все же лечь.
Но я села. Позволила укутать свои ноги. Оперлась об изголовье кровати, выудила свое запястье из его руки и переплела пальцы. Ладно, пускай. Раз собрался строить из себя жертву, то я не стану перечить. И подыгрывать не буду.
— Не жалкая ли участь для принца: волочиться за полукровкой из другого мира?
— Не думай об этом, — вновь произнес Вурран, устремив взгляд в потолок. — Вообще не волнуйся по поводу меня. Я сам справлюсь со своими проблемами.
— А мои, видите ли, захотел решить, — язвительно напомнила, не в состоянии сдерживать гнев.
Его присутствие выводило из равновесия. Наверное, все же сказывалась наша парность, которая заставляла чувствовать к нему что-то. Не любовь, не увлечение, а нечто другое. Злость, ненависть, желание выплескивать на нем свои отрицательные эмоции и раз за разом толкать в грудь. Кричать, срывая голос. Через слезы, через рыдания, через трясущиеся руки.
Я часто заморгала и отвернулась. Ненормальное стремление. Плохой знак. И ненадежная дорожка…
— Помощь никому не помешает, — отстраненно произнес мужчина. — Иногда сильнейшим из нас нужен надежный тыл и тихое место. Ты — мое тихое место.
— Не место Силы?
— Уже нет.
Я усмехнулась. В другой ситуации было бы приятно услышать нечто подобное, но не сейчас.
— Считаешь себя сильнейшим? — выгнула бровь, подметив, что мужчина вытянулся на всю длину кровати.
— Смотря каким образом это измерять. В чем-то я слаб, в чем-то силен. Лунная магия по своему характеру уже имеет преимущество над стихийными, однако, уверен, можно найти тех, кто победит меня в честном бою. Ночью со мной сложно справиться, днем — намного проще. Все же по своей природе я теневой дракон, проникающий во сны.