Я повернулся, успел заметить, как блеснул кинжал. Второй раз выручила моя броня, по которой соскользнуло лезвие.
— Ах, ты, погань! — проревел я, хватая его за руку с кинжалом. Он попытался ее вырвать, но я держал крепко, а второй рукой сдернул с него шлем, перехватил его, а потом ударил! Ударил его шлемом прямо по лицу. Раз, другой, третий! Я бил и бил, слыша мерзкий хруст его костей! Шлем помялся и тогда я отбросил его, а потом впечатал кулак ему в лицо!
Он завозился, из последних сил стараясь меня скинуть, и тогда я ударил его лбом в сломанный нос, вгоняя сломанные кости еще глубже в череп.
Урод забулькал: — Сдаюсь! Я сдаюсь! — хрипело это бесчестное животное, а я только смеялся чувствуя, как кровь толчками вытекает из раны в боку. Смеялся, вновь и вновь ударяя его кулаком в изуродованное лицо.
С трибун что-то орали, там бегали стражницы, кто-то призывал меня остановиться, но я вытащил из его ослабевшей руки кинжал.
— Ну что же ты теперь не улыбаешься, а⁈ — спросил я будущего мертвеца и вонзил кинжал ему в глаз. Тот дернулся в последний раз, замирая на окровавленном песке проклятой арены.
На ноги я поднялся с трудом. Раны саднили, а от раны в боку по телу распространялся неестественный холод.
Запах крови окутывал, проникая в ноздри и прямо в мозг. Я раскинул руки, наблюдая как ко мне бегут из открытых ворот, а потом упал.
Мир перед глазами померк.
— Это арена, леди Каэран! — сухо ответила ей Мираэль. — Жребий решает судьбу бойцов. Жребий определил вашему воину сражаться с Несравненным! Если вы так боитесь за него, то зачем вообще отправили на арену⁈ Воспитывали бы свою игрушку дома!
Свита вокруг нее заулыбалась. Улыбнулся даже ее тряпка-муженек, который больше походил на дворовую девку с напудренным лицом.
Каэран прошипела ругательство, стискивая кулаки в бешенстве: — Это обман, леди Мираэль. Есть правила, по которым новички не бьются с опытными воинами! Вы поплатитесь за то, что нарушили это правило и создали прецендент!
— Жду не дождусь, милочка, — тонко улыбнулась Мираэль. Она прекрасно понимала, что ничего ей за это не будет.
Каэран в бешенстве вернулась к Лори и уставилась на своего Эридана, что остановился посреди арены, внимательно наблюдая за Марком.
Вдруг он глубоко вдохнул, а потом заревел и рев этот пробрал Каэран и Лори до мурашек.
Трибуны стихли, по-новому глядя на молодого меченосца.
— Ого! — выдохнула Лори, стискивая поручень. — Неожиданно! Вот это мощь!
— Сама не ожидала, — буркнула Каэран. Ее порадовало, что Эри не упал духом.
Начался бой и она забыла про все. Про подругу, про остальных зрителей. Только смотрела как бьется ее меченосец. Без оглядки, без жалости к себе. Решительно и неотвратимо.
— Легионер! Прямо легионер! — услышала она шепотки сидящих рядом зрительниц, а потом вдруг все переросло в натуральную нелепицу.
— Да! Так эту суку! Так его! — завопила Каэран, подскакивая с сиденья. Удары шлемом, а потом и рукой впечатлили девушку, разжигая натуральный огонь.
— Кинжал! Ты видела! У него кинжал! — завопила Лори во всю глотку. — Это нарушение правил!
Зрители заволновались, обсуждая инцидент, а тем временем на арене дела приняли чудовищный оборот. Эридан избивал несравненного, явно собираясь забить того до смерти.
— Я сдаюсь, сдаюсь! — четко услышали все крик Несравненного, но Эридан не останавливался.
Он продолжал избивать бедолагу, а потом добил кинжалом, когда стража уже бежала к нему.
— Кто его тронет, убью! — завопила Каэран и сорвалась бегом прямо на арену. — Только попробуйте тронуть!
Толпа же ликовала. Такой жестокости они не видели уже давно.
— Тихо, тихо, леди! — Эльвилла остановила расшвыривающую стражу фурию. — Мы о нем позаботимся. Никто его не тронет, я ручаюсь. Ему уже оказали первую помощь!
Каэран остановилась, гневно раздувая ноздри и оглядывая стражниц, что в этот момент бережно заносили ее меченосца, а потом принялись укладывать на лавку, стаскивая кирасу. Лекарь уже был здесь.
— Тебе какое до него дело, стражница? — прищурилась Каэран, заподозрив подвох.
— Это моя работа, к тому же он мне должен, — улыбнулась Эльвилла, снимая кожаную броню с совершенно бледного парня.
— Когда это он успел тебе задолжать? — опешила серебряноволосая, снова опуская руку на кинжал за поясом.