Мы с хохотом и шутками скатились вниз к самым воротам, становясь в арочных проходах. К самим воротам никто из нас идти даже не собирался. Я запретил, рассудив, что таким малым числом начинать оборону стоит именно на лестницах. Ширина их позволяла драться вдвоем, стоя рядом, так что пусть попробуют нас с них выдавить.
Пока бегали обстрел прекратился. Я выскочил к воротам, поглядеть что там Вольные делают, а они, между тем, подняли пехоту в наступление.
— Решили через одни ворота штурмовать без лестниц? — недоуменно спросил Гард, — Вот это они в себя поверили! Мое почтение!
— Тут стены разве на деревенский сарай похожи? — Гилмор фыркнул и скептически глянула на Гарда, явно сомневаясь в его умственных способностях — Подумай, какой высоты лестницы надо, чтобы на них забраться! Да они сломаются под весом солдат! Или они должны лезть по одному, а мы ждать, когда ребята залезут?
Гард усмехнулся и показал Гилмору соответствующий жест.
Вольные, тем временем, разогнались, спеша подбежать к замку редкими цепями. Наверное, надеялись таким способом защититься от лучников. Гириэль поступила мудро. Она не стала сразу открывать огонь, да и что толку от залпа тридцати лучниц и стариков с молодежью.
Эльфийка дождалась, когда вся толпа подбежит к воротам, начнет кучковаться, собираясь в большую толпу и только тогда мы услышали:
— За Корону! Отомстим ублюдкам! Стреляй! — громкий голос эльфийки разлетелся над стенами Врандла.
Стрелы взлетели по широкой дуге, а потом обрушились прямо на противника у ворот. Гириэль вовсю пользовалась тем, что мы в замке, а значит можно не бояться задеть своих.
— Залп! — звучал ее командный голос, и следующая волна стрел обрушилась на штурмующую пехоту. Послышались крики и стоны. Оперенная смерть начала собирать свою жатву.
— Залп! — снова шелест стрел, а потом стук оперенной смерти о щиты и камни.
— Щиты наверх! Вперед! — проскочив ворота, Вольные встали как бараны.
Для них, похоже, оказалось шоком необычное строение замка. некоторые побежали в тоннель, по которому проходили беженцы, другие принялись осматриваться и, наконец, увидели арки.
— В арки! В арки давай! — быстро сориентировался их командир в неплохом доспехе со щитом и шестопером.
Он первым побежал на лестницу и как раз выскочил прямо ко мне.
— Привет, дружок! — поздоровался я, выпрыгивая на него сверху и вонзая топор в угол щита. От силы удара, его руку потянуло вниз, открывая голову. В его глазах начал появляться ужас, да так и застыл, когда я вонзил клевец ему в шлем, вышибая мозги.
На нас тут же навалилась толпа. Вольные, выставив щиты, попробовали продавить с разбега наш строй. Истошно вопя., они врезались в нас с Гардом и не смогли сдвинуть с места. Мы стояли выше на ступеньках и это нападающим очень мешало. Меня попробовали проткнуть мечом и тогда я просто прыгнул на ступеньку назад, проваливая их строй, а потом начал бить своими топорами по открывшимся головам и спинам.
Стоило им восстановить строй, как я прыгнул вперед, ударив ногой в щит. Мой противник, молодой парнишка, не удержался и полетел назад, заваливаясь на своих же товарищей. Ему повезло, а вот за ним стоящему нет. Мой топор вонзился лезвием ему прямо в шею. Мужик вытаращил глаза, оседая на ступеньки.
Рядом бился Гард, повторяя мои маневры и неустанно орудуя своим копьем. Он колол и иногда рубил широким, острым наконечником.
Энергия от стольких убийств струилась по ним прямо в меня, накачивая и так под завязку. Это вместе с адреналином пьянило не хуже эля, оставляя светлой голову.
Мы дрались с дикой яростью, прикрывая с Гардом друг друга и хохоча во всю глотку от особенно удачных ударов. Лестницу уже устилали трупы, а мы еще не сдвинулись ни на шаг назад. Кровь текла по ступеням вниз. Нам приходилось сталкивать мертвые тела, чтобы мертвецы не мешали их живым товарищам пытаться нас убить.
— Эй! Гард! — мы дали возможность повоевать молодым и отошли назад, переводя дух. — Не рассчитали мы с тобой!
— Чего⁈ — рявкнул он, утирая кровавый пот.
— Трупов слишком много! Мешают!
— Так давай выгоним их и столкнем тела! — предложил он, оскалившись.
— Давай! Вперед! — рявкнул я в спины своим воинам и мы надавили.
Вольные, не ожидай такого, попятились назад и мы пошли, пошли вперед. Удар, скрежет, хруст, снова удар! Я даже не пытался считать кого и как я убил.
Мы выдавили их сначала наружу с лестниц, а потом погнали к воротам. На той стороне махал своим здоровенным мечом Тордон. Мы переглянулись, и я снова крикнул: — Жми их! Жми ублюдков к воротам! Никого не щадить!