Когда ей было около восьми лет, семья де Гердейс взяла ее из приюта и сделала своей воспитанницей. Графиня сказала, что хорошо знала ее родную мать, которая обучала графских детей музыке, поэтому не могла позволить бедному ребенку жить, как беспризорнику. У нее уже были свои дети, два одиннадцатилетних сына и Ровенна, почему бы не позаботиться еще об одном?
Два старших брата Ровенны стали военными, и их с детства обучали искусству боя. Помимо стрельбы из пистолетов, они сражались на шпагах, и часто тренировались без учителя, чтобы не потерять сноровку. Однажды маленькая Лиссарина умирала от скуки, когда Ро с матерью куда-то уехали, и попросилась пойти на урок с братьями. Они разрешили ей, и с этого дня для нее открылся новый мир. Мир, где ты можешь защищать себя сама. Как мужчина.
После уроков они обучали ее всему, что усвоили сами, и постепенно девочка стала фехтовать наравне с ними. Она была довольна своими результатами, но три года назад граф де Гердейс с сыновьями погибли в битве, и Кассимина отобрала у нее шпаги, запретив к ним прикасаться.
Однако оставила ей костюм, из которого девочка постепенно вырастала и каждый раз умоляла сшить ей новый. В этом наряде она чувствовала себя сильной, способной на все, поэтому иногда, если ей хотелось просто побегать по саду, помахать палкой или кочергой, воображая себя великим бойцом, Лиссарина надевала его.
Как и сегодня.
Настроение сразу же поднялось, забылись тревоги прошедших дней. Ей даже хотелось улыбаться! Просто так, без причины.
Вышла во внутренний двор, покрытый аккуратно подстриженным газоном, все еще по-летнему насыщенно-зеленым. Она даже представить себе не могла, насколько большую территорию занимает Рашбард. Тропинка уводила ее дальше и дальше от заднего входа, туда, где аккуратно подстриженные кустики складывались в несложный лабиринт. Она быстро добежала до него, стараясь обогнать ветер, задохнулась и дальше пошла пешком, играя в детскую игру: выбираешь на тропинке камушек определенного размера, наступаешь на него и передвигаешься дальше, только прыгая по похожим. Немного поплутав в лабиринте, она почувствовала запах воды и спустя несколько минут вышла к маленькому пруду, вокруг которого росли ивы.
Очевидно, здесь заканчивалась территория Рашбарда, потому что среди густой растительности, состоящей из деревьев, кустарничков и цветов, виднелись кованные вензеля забора. Людей за оградой не было, и Лиссарине пришла в голову мысль: может, Рашбард находится на окраине города? Стоило бы посмотреть карту.
Красоту парка Лиссарина заметила только позже, а первым делом ей бросился в глаза лорд Люциен Монтфрей, чьи светло-русые волосы стали золотыми в свете полуденного солнца. Он фехтовал с воображаемым соперником, делая изящные выпады и пируэты. Его противник, очевидно, был очень хорош, раз Люциену приходилось даже уворачиваться от невидимых ударов. Вторая шпага стояла, прислоненная к стволу ивы. Дожидалась хозяина.
Лиссарина остановилась у выхода из лабиринта и слегка облокотилась на стоящую здесь статую горгульи. Она не знала, как поступить. Развернуться и уйти, оставив его наедине со своим воображением, или в конце концов понять, с какими невидимыми друзьями он общается. Если он знает тайну Ровенны, почему бы ей в ответ не узнать его секрет? Глаз за глаз, так сказать.
Но мешать – это некрасиво. Ее сюда не звали. Может, ее приход вызовет, как обычно, грубость? Он прогонит ее взашей, а она потом будет краснеть от смущения и обиды всякий раз, как увидит его. Как будто она и без этого не превращается в томат, едва оказывается с ним рядом! Нет, определенно, лучше уйти. Может, стоит порисовать? Лиссарина обернулась, чтобы вернуться во дворец.
— Даже не поздороваешься?
Лиссарина вздрогнула и замерла на месте. Зажмурилась, коря себя за то, что не ушла раньше. Как можно быть такой дурой? Она развернулась. Люциен вышел из стойки и теперь осматривал кончик шпаги, словно на нем была грязь. Его лицо слегка разрумянилось от быстрых движений, а волосы походили на воронье гнездо, но он все равно выглядел как самый красивый человек на свете.