— Хочешь, я его убью? — Люциен как будто бы не шутил.
— Да, — тихо ответила она, но затем всерьез задумалась. — Нет. Иначе закончишь как Робейн Альдорски. Ирис того не стоит.
— Откуда ты знаешь про Робейна? — голос Лулу дрогнул.
Лиссарина повернула к нему голову и посмотрела прямо в глаза. Возможно, впервые в своей жизни по-настоящему посмотрела, открыто и честно.
— Я видела его тело на Кидмарской площади. Это был первый день в Эденвале. Его мать рыдала на площади, и ее успокаивал какой-то человек.
Люциен опустил глаза.
— Значит, все-таки ты. Поэтому ты опоздал на обед. Лулу всегда опаздывает, так сказал нам Цирен. Теперь я вижу, что у тебя на все есть серьезные причины. Даже на опоздания.
Она снова повернула голову и посмотрела на неровный ряд могил и каменных надгробий всех мастей. Ей вдруг пришло в голову, что своими разговорами они наверняка развлекают призраков, которым очень скучно просто так бродить по кладбищу изо дня в день. Она представила, как они, невидимые, комментируют их реплики, наблюдают за сценой, как зрители в театре. Ее губы тронула улыбка, которая тут же погасла, но Лулу ее заметил.
— Почему ты улыбаешься?
— Просто подумала, что призракам, наверное, забавно на нас смотреть. Может, мы развлекаем их своим присутствием?
— Да, — совершенно серьезно ответил Люциен. — Так и есть. Я чувствую, к этой могиле подошли не только ее владельцы, но и соседи.
— В смысле «я чувствую»? — Лиссарина вновь повернулась к нему, чтобы убедиться, что он не шутит.
Лулу поджал губы, но затем вдруг улыбнулся.
— Я поделюсь секретом, но поклянись, что никому не расскажешь. — Рин поклялась. — Я чувствую призраков и вижу их иногда, если они хотят со мной поговорить. В народе таких как я называют духовидцами, но на самом деле я…
— Дормур! — воскликнула Лиссарина, широко раскрыв глаза от изумления, и ее голос эхом пронесся между могил.
— А ты откуда знаешь? — Лулу вопросительно поднял брови, хотя, кажется, не был так уж удивлен. — А, дай-ка угадаю. Ты поэтому три дня рылась в нашей библиотеке? Пыталась найти информацию про силу Ровенны и заодно узнала про дормуров?
— А ты откуда знаешь?
— Заметил тебя, когда ты пряталась под потолком на лестнице.
— Я не пряталась.
— Тогда почему не позвала меня?
— Думала, ты меня не заметил.
— Круг замкнулся, — Лулу рассмеялся, и Лиссарина не смогла сдержать улыбки. Некоторые люди обладают способностью смехом прогонять любые страхи и волнения. Оказывается, Люциен тоже такое умел.
— Ты за этим пришел на кладбище? — спросила она, когда смех полностью стих. — Хотел кого-то увидеть?
— Не совсем. Просто по дороге на бал я встретил старого знакомого. Мы болтали, но одна девушка чуть не столкнула меня в клумбу, когда пробежала между нами. Узнав одну свою знакомую леди, я решил проследовать за ней и спросить, уж не пожар ли во дворце. Оказалось, она спешила на кладбище.
— Я не заметила тебя, прости, — вид у Лиссарины был искренне виноватый.
Они ненадолго замолчали. Лиссарина вдруг поняла, что ей столько всего нужно спросить, и боялась, как бы их дружеская беседа не превратилась в допрос. Но Люциен сегодня был так откровенен, что ей не терпелось этим воспользоваться.
— Люциен…
— Можешь звать меня Лулу.
— Ромаэль сказал, что тебя так называют только близкие.
Люциен ничего не ответил, но Лиссарина все поняла без слов.
— Лулу, почему у тебя не ладятся отношения с отцом?
Юноша слегка напрягся, и Лиссарина почувствовала это своим плечом, но затем потер лицо ладонями и расслабился, как будто рухнули последние барьеры.
— Все члены моей семьи, включая маму, потому что она троюродная сестра отца, магусы. Поэтому я не сказать, чтобы сильно удивился способностям Ровенны. Всегда знал, что Монтфреи не одни такие на белом свете, и она только подтвердила мое предположение.