— И с тех пор они не возвращались?
— Нет. Пока нет.
— Ну, думаю, они скоро вернутся, особенно если узнают, что я здесь.
Она кивнула:
— Значит, они не должны узнать.
— У Сопротивления есть оружие, боеприпасы?
Полли покачала головой.
— Вооружения не хватает. Но главное, люди объединяются. Городской кузнец делает мечи и дубинки по средневековым образцам… Каждый делает, что может.
— У Новой стражи есть пистолеты и севили, склады боеприпасов, боевые кони и амуниция, — слабым голосом сказала я. — Не знаю, как мы выстоим против них.
Полли сникла. Я не хотела лишать ее надежды, но она должна знать, с чем могли столкнуться силы Сопротивления.
— Наша самая большая проблема — численность армии. Тебе же известно, что Холлистер не только рыщет по округе и берет пленных, но и заставляет мужчин и женщин сражаться на его стороне. Если кто-то отказывается, его отправляют в лагеря смерти — работать до полного изнеможения. И тогда…
Вспомнив, что увидела той ужасной ночью, я вздрогнула.
— Тогда их заставляют рыть себе могилы, а потом казнят.
Полли явно была напугана.
— Тебе надо отдохнуть, — сказала она торопливо. — Все эти разговоры о лагерях смерти не помогут поправиться.
Я снова улеглась на подушки, и она бесшумно вышла из комнаты. Полли права: надо сосредоточиться на восстановлении сил. Вечерний свет лился в окна, отбрасывая сиреневые тени на кровать. Я знала, нужно быть благодарной, что я жива, но было так тяжело на душе, все пошло не так и, что бы я ни пыталась сделать, не помогало. Я смотрела на потрескавшийся потолок. В детстве мне чудились в этих змеящихся линиях очертания кролика, луны, дома, деревьев, а теперь я видела только трещины.
26
Прошло несколько недель с тех пор, как нам неожиданно принесли пенициллин, и я наконец начала чувствовать себя человеком. В чем-то это было похоже на очередные летние каникулы: мы с Полли проводили целые дни вместе, я старалась восстановить силы. Мы гуляли по окрестностям, а вечерами читали у огня. Но я непрестанно думала о Мэри и Джейми, заточенных в Тауэре. Надеялась, что они еще живы и их не подвергают мучениям.
Однажды утром мы спустились вниз и увидели за столом Клару и Джорджа. Они пили чай с тостами из черного хлеба, намазанными свежим малиновым джемом. Клара рубила пожухлые морковь и картошку, чтобы потушить в большом котле.
— Как можно надеяться, что армия протянет на таком рационе?! — в отчаянии воскликнула она.
Джордж покачал головой, не поднимая глаз от древней охотничьей винтовки, которую взялся починить. Она висела на стене в кабинете моего отца как украшение, и теперь мне было невыносимо грустно на нее смотреть. Я так скучала по папе.
Сидя у огня, я смотрела, как Полли ставит на огонь воду, чтобы заварить чай. Стопки тарелок, пустые мешки из-под муки и сахара, пустые посудные шкафы. Кухня всегда была моим любимым местом в замке. Здесь так уютно и в любое время года пылает огонь. Если замок — тело, то кухня — его сердце.
— Как ты себя чувствуешь сегодня? — осторожно спросила Клара.
— Кажется, лучше.
Пламя приятно согревало спину. Я повела плечами и потянулась. Мышцы еще не налились силой, но хотя бы не болели.
Клара подняла глаза, поймала взгляд мужа и кивнула ему.
— Элиза, — Джордж отложил штифт и гаечный ключ, — нам надо поговорить.
— Мы ждали, пока тебе не станет лучше, — перебила Клара, беспокойно глянув на мужа, а потом опять на меня. — Мне очень тяжело об этом говорить, но мы думаем, что жить здесь с нами для тебя небезопасно. Мы искали семью, где бы ты могла поселиться, где бы тебе было хорошо.
— Семью, где бы я могла поселиться? — переспросила я.
Ощущение было такое, словно в желудке лежит холодный тяжелый камень.
— Мистер и миссис Китс из Уэльса — старые друзья твоего отца, может быть, ты их помнишь. Когда ты была маленькой, они приезжали к вам в гости в Лондон.
— Мне надо уехать? Вы отправляете меня в Уэльс?
Я переводила глаза с Клары на Джорджа.
— Но здесь мой дом, все, что у меня осталось от прошлой жизни.
Клара покачала головой:
— Элиза, я знаю, это тяжело, но так будет лучше. Если Корнелиус Холлистер найдет тебя и убьет, род Виндзоров прекратится и он объявит себя королем. Мы не можем этого допустить.
Я поняла, что она имеет в виду, и сердце едва не остановилось.
— Ты хочешь сказать, что Мэри и Джейми мертвы?!
— Нет-нет, мы об этом ничего не знаем. И пока от них нет никаких вестей, надо надеяться на лучшее. Уверена, они живы. Но ты должна уцелеть, — сказала Клара, улыбаясь и пожимая плечами, но я поняла: она говорит не столько правду, сколько то, что я хочу услышать. — Генерал Уоллес проводит тебя в Уэльс под охраной сил Сопротивления.