Дверей в ней нет, я просто вхожу и сажусь на кровать. Плакать второй раз за день — это слишком, стараюсь успокоиться. Сердце бешено колотится, руки трясет, голова сильно гудит. Я ложусь набок, упершись лбом в прохладную стену, и погружаюсь, нет, не в сон, в забытые события...
Опять волк. Он спит рядом со мной, и я глажу его, не боясь, я знаю, что дорога ему, и он меня не обидит. Потом долгая дорога, много новых лиц и знакомств. С оборотнями, со стаей оборотней. Старый замок, девушка и тайна, из-за которой я убегаю вместе с Раданом от белого волка, спасаясь. Какое же у него имя? Его имя? Имя? Эрридан...
Меня трогают за плечо, я открываю глаза и вижу молодую девушку, что обеспокоенно смотрит на меня.
- С тобой все хорошо?
- Да, немного болит голова, - отвечаю я, садясь на кровать.
- Ладно, отдыхай, господин ушел и уже утро. Нам не нужно вставать рано, поэтому спи, сколько хочешь, - я благодарно ей кивнула, потом переоделась и легла под одеяло, погружаясь в омут прошлого.
Картинка сменяется, я вижу Димитрия, бравого воина на коне, как в самых известных романах. Вспоминаю и Игната с Петро, моих друзей. Я погружаюсь в прошлое настолько, что, пораженная болью, вскрикиваю, когда главное воспоминание проникает в мою голову. Смерть, убийство моего воина, его мертвое тело на поле боя, мои слезы и пустота. Пустота чувств, нежелание продолжать тот путь, что я начала.
***
(Морской путь до Симфориана, корабль)
После отхода судна они разошлись по каютам, чтобы выспаться и плотно поужинать. На следующий день увиделись только вечером, им до сих пор не особо нравится находиться рядом.
- Почему ты пошел за ней? - серьезно спрашивает Исай, попивая найденное в трюме вино.
- Потому что она – единственный мой шанс начать жизнь заново, - честно отвечает Элфир. - Мы с ней почти незнакомы, и я был крайне удивлен, когда узнал, кто она, и что предназначена мне и брату. Сначала не верил, а потом почитал дневник нашего бывшего повелителя. Он любил свою альву и писал об этом. И его слова были будто сказка для меня, та сказка, в которой я хочу жить.
- От чего ты бежишь? - Элфир посмотрел на него внимательно.
- Откровенность за откровенность, - Исай кивнул, эльф начал рассказ. - Нас с братом воспитывала мама. Она родила нас поздно, отец вскоре погиб на очередной войне. Он не был идеальным, изменял, бил ее, она скрывала шрамы браслетами, чтобы мы не видели. Ей было трудно, но она справилась. Мы были близки. Мой брат, Иллодан, повзрослев, отдалился от нее, я же, наоборот, всегда старался быть рядом, - он перевел дыхание. - Это был несчастный случай год назад. Она была травницей, умела лечить. В очередной раз проводя опыты, она вместо листини, обычного полевого цветка, положила ложный рогор, ядовитое растение. И обычная настойка от кашля превратилась в яд. Она не обращала внимания на признаки отравления, головные боли, сухость во рту, пока через месяц не слегла с жаром. Яд отравил весь ее организм, и ее невозможно было спасти, - Элфир замолкает, Исай не перебивает. - Я упал на такое дно после этой потери. Мой брат отдалился от меня, он не говорил о матери, не вспоминал. А меня это душило изнутри, я стал пить, спать с любой девушкой, что попадалась на пути, драться и убивать, лишь бы хоть чем-то заглушить эту боль.
- Получилось?
- Нет, совсем нет, стало только хуже. Сона — это моя попытка полюбить, испытать радость, просто жить. Я не люблю ее сейчас, но хочу заботиться, хочу в этой помощи найти себя и излечить свое сердце. И помочь ей излечить свое после потери.
- Какой потери? - удивленно спрашивает Исай.
- Сначала ты, откровенность за откровенность, - напоминает Элфир.
- Она помогла мне отомстить и показала, что может быть и другой путь, не только ненависть. Она мне нравится, и я не хочу оставлять ее, что бы это ни было, ее чары или просто симпатия. Что она потеряла?
- В Миритане она узнала о том, что один из ее нареченных погиб. Я был рядом и видел ее горе, мы так и не смогли спасти ее от этой боли.
***
(Дом Вистана)
Проснулась я поздно, но было чувство, что совсем не спала. Девушки, ночевавшей вчера в комнате, не было. Встала, переоделась и пошла в столовую, где питались все наложницы. Там было многолюдно, девушки сидели компаниями, общаясь, меня заинтересованно осматривали. Я подошла к столу. Взяла пару яблок и творог, прошла к дальнему столику.