- Милая, ну что ты?
- Мне так плохо, я так ужасно себя чувствую, - шепчу я женщине, она ласково поглаживает меня по голове.
- Твой эльф сегодня ушел с мужчинами охотиться, принесли небывалую добычу, - от этой новости я вздрогнула, и Ялита замолчала на середине слова. - Мы тоже ссоримся, у Окко ужасный характер, да и у меня, что таить, не сахар. Все образумится, - я покачала головой.
- Тебе не понять. Я чувствую себя гулящей девкой, которая выбирает, с кем провести эту ночь. Я не хочу такого. С Вистаном все было просто: он – мой мужчина, я – его женщина, и нет никого, ни воспоминаний, ничего. А сейчас рядом со мной трое мужчин, которые что-то от меня хотят, а дать я ничего не могу. А они, бывает, так смотрят, будто ждут, что сейчас я выберу одного из них. Но я не хочу выбирать. Я хочу быть просто свободной и самой решать свою судьбу, - Ялита приобняла меня за плечи.
- Знаешь, что я поняла за годы жизни?
- Что?
- Что мы, женщины, не знаем, чего хотим и разбрасываемся всем, а потом слезы проливаем, - медведица выдохнула. - Пошли, замерзнешь, - она помогла мне подняться и довела до моей пещеры, где было пусто. - Отдохни, а наутро все и решишь, - я ей кивнула и после ее ухода легла спать, меня слегка знобило.
Сквозь дрему я слышала, как пришел Исай. Он постелил себе одеяло и лег, а под утро ушел, не сказав ни слова. Его обида влияла и на меня. Поэтому чувствовала себя я утром прескверно.
***
(Окрестности Киширы)
Элфир осмотрел все и пришел к выводу, что король сбежал и сделал это сам. Судя по всему, принц приказал избавиться от этой тайны. Странно, что, убив магов, он оставил отца в живых. Или же, что хуже, обрек его на мучительный конец от голода и жажды.
Куда мог подеваться обессиленный мужчина?
Эльф обследовал все, следы голых ступней еще можно было различить на полу. Из-за нечистот, что покрывали пол темницы, их было видно. Король прошел по первому этажу и потом выбрался на улицу, где его путь обнаружить было сложнее, но по-другому никак. Теперь Элфир начал излюбленное свое действие, поиск.
За время, что прошло с побега мужчины, тот успел далеко уйти. Проведя на ногах целых день, эльф его не нагнал, но был близок. Зря он боялся, что слежка будет трудной. Обессиленный мужчина проходил в день несколько километров по лесу, уходя вглубь. Следы его пребывания были везде: поломанные ветки, испражнения, видно, ему очень плохо пришлось.
***
(Темные горы)
Под вечер ко мне завалились Ялита и Тана.
- Ты забыла о своих уроках? Отдохнули, пора возвращаться, - сказала Тана. - Мы уже все приготовили, осталась только ты, - меня подхватили под ручки и понесли, я особо не сопротивлялась. Мне, как никому, сейчас нужны были хорошие эмоции, совсем раскисла.
Привели меня в пещеру к Ялите. Сыновей она отдала на попечение Окко, чтобы тот не расслаблялся, а сама собрала подруг и пошла спасать меня, за что я была ей благодарна. На деревянном столе стояли несколько бутылок настойки, мясо и хлеб. Совсем не похоже, что они действительно хотят учиться, а не просто напиться, как в тот раз.
Меня усадили во главе стола и сразу налили полную кружку алкоголя, которую я быстро осушила, закусив хлебом. Чувствую, вечер будет веселым.
Об уроке все благополучно забыли и погрузились в воспоминания. Под настойку и закуски они рассказывали мне смешные истории из своей жизни, и, если поначалу смеялась ради приличия, то потом алкоголь дал о себе знать, и уже любая фраза вызывала громкий смех. К нам даже приходили, чтобы призвать к тишине, но Ялита всем сказала, куда именно стоит идти, если им что-то не понравилось.
Ночь полностью вступила в свои права, а мы все не расходились. Я пожаловалась пьяным дамам на мужчин и получила их единодушное согласие на то, что: “Нафиг они нужны, и одной хорошо”. Больше всех при этом голосила Ялита, намекать ей про Окко мы не стали.
Градус все рос, и мы уже почти не могли стоять на ногах. Тана, хихикая, шептала что-то на ушко Ялите, та кивала.
- Сона, а танец-то будет? - возмущенно спросила Тана. Я пьяно кивнула, встала и постаралась что-то исполнить, не заметив, как Ялита скрылась на улице.
От движений у меня закружилась голова, и я присела, а потом и вовсе легла на холодный пол, попробовав уснуть. От входа раздались какие-то голоса, на которые я не обратила внимания. Перед глазами все плыло, и я закрыла глаза, не помогло. И зачем, скажите, столько пила?
Меня подняли, я застонала. Открыть глаза не получалось, сразу возвращалась тошнота. Когда меня несли, я не прекращала бубнить всякую ерунду в основном про свое ужасное состояние и посиделки с подругами.