- Спасибо, - сказала я ему и закрыла дверь.
Разделась, вылила большое ведро воды в лохань и, оглядываясь на принца, села. Воды было немного, но от нее было так приятно. Я закрыла глаза, немного полежав так, расслабившись. Сегодня можно отдохнуть, через неделю мы сбежим из этого города, с острова. Кто бы мог подумать, что нравы у дроу совсем лютые, и они таким способом избавляются от предателей. Поэтому он не сопротивлялся, когда его били?
Я посмотрела на спящего эльфа. В чужой монастырь, как говорится... Быстро помылась, вынесла ведра и лохань. Постелила чистое одеяло, что недавно постирала и, укрывшись чистым плащом, уснула.
“Надо же, принц” – хихикнула я, засыпая. Уж кем-кем, а принцессой никогда не думала, что стану.
***
(Ниа`Аллан - река ТитА, по дороге к порту Островного моря)
В душе было неспокойно. Он не говорил об этом брату: знал, что тогда тот решит все за него и вплетет сюда девчонку. Он посмотрел на всадника, что ехал рядом с ним. Тот смотрел прямо и ни разу не заговорил с тех пор, как они выехали из Миритана.
Простит ли он, если узнает, что по его воле и с его помощью Сона покинула Ниа`Аллан?
***
(Империя Муад'Дахэ)
Я принесла ведро с теплой водой, поставила на пол, взяла чистую тряпочку. Предварительно раздев Исая, начала его умывать. Прошло уже три дня с прихода лекаря, как и говорила девушка, дроу в себя еще не приходил. Хозяйка таверны уже подозрительно на меня косится, я отшучиваюсь.
Исаю стало значительно лучше, теперь дыхание не еле различимое, а ровное. Раны затянулись, появились рубцы. Больше всего от этого проклятого боя пострадало лицо: несколько рассечений и синяков, что почти сошли.
Всего четыре дня, и мне придется объясняться с незнакомым темным эльфом, что я, собственно, делаю здесь и почему помогаю. Сама на этот вопрос я ответила так: во-первых, он – мой нареченный, и оставлять его на смерть я бы не стала, но об этом эльфу лучше не знать. Во-вторых, мне, как и ему, удачно (или неудачно) выпало бежать отсюда, лучше всего - на другой материк, что мне и нужно. Вдвоем в этих землях легче. Если он меня не прирежет, как своего же брата.
Закончив омовение, выставила ведро с водой за дверь. Решила, что сегодня никуда не пойду. Может, Исаю станет лучше, и он очнется раньше. Легла на кровать и раскрыла купленную в лавке книгу, сборник легенд Муад'Дахэ. В той же лавке прикупила и карту, которую вчера рассматривала целый день. Если эльф откажется идти со мной, то, может, укажет хотя бы путь?
***
Он смотрел на тощую девчонку из-под прикрытых век. Странным образом вместо свалки он оказался в таверне со странной спутницей, которая (чему он не мог до конца поверить) помогала ему. Поила водой, мыла, укрывала одеялом по ночам. И что ей, этой девке, от него надо, что она его так опекает?
***
За чтением я не заметила, как день медленно склонился к вечеру. Из книги я узнала одну неприятную вещь. Оказалось, королевский род ведет свое начало от богини Лазуриты, первой темной эльфийки. Мне об этом уже говорила Ленка, но я думала, что она это образно, в знак почитания.
Лазурита вот уже сотни и тысячи лет избирает себе супруга, иногда нескольких, и рожает наследников. Сейчас их семнадцать. Чтобы устранить борьбу за престол, расчётливая и жестокая женщина всячески стравливает своих сыновей. В книге так прямо не сказано, зато приведено с десяток историй о сынах богини, что сражались между собой из-за всякой ерунды. Повезло, что сказать. Богини-свекрови у меня точно не было.
***
(Порт Островного моря)
Два эльфа ожидали прибытия корабля.
- Без этого никак?
- Нас сразу вычислят, если мы будем разгуливать в обычном обличии.
- Ненавижу оборотные зелья, - выплюнул один из них.
***
Я резко проснулась, открыв глаза и сев на кровать. Снился какой-то сумбурный и страшный сон, будто я убегала от чего-то в темноте и одиночестве.
Посмотрела на Исая: все так же спит. Встала, подошла и присела на край его кровати, взяла его руку. В душе зарождалось что-то доброе и трепетное к нему, будто к заболевшему ребенку. Сразу вспомнилось, как Адэт сидела около меня, когда я в очередной раз подхватывала простуду. И от этой картины повеяло домашним уютом, семейным очагом. Что ты будешь делать, когда он очнется?
Я уже собралась вставать, когда рука, которую я держала, сомкнулась на моем запястье. Подняв взгляд, я увидела черные глаза Исая. Все, что я могла выдать, это: