И это была не его рука, не его воля, а что-то другое…
«Быть не может! ТЫ?!»
Но ничего более Терон сделать не успел.
Знакомый и такой озлобленный ветер подхватил его душу и разорвал её на куски. Та же участь постигла и других рыцарей смерти.
Все они сгинули в этот день и уже никогда не вернутся…
***
Шум битвы не стихал, когда войска Альянса давили оставшихся орков. Часть сумели отступить внутрь храма и сейчас держат оборону, внутри отбиваясь от превосходящих людских сил. Рыцари Смерти пали, чернокнижники либо погибли, либо трусливо бежали, а потому их поражение лишь вопрос времени. Но этого времени у нас может и не быть.
Однако пока люди сражаются, наши эльфийские силы отошли в сторону для отдыха. Мы обеспечивали прорыв и сейчас нам нужен отдых, включая меня. Однако я по большей части занимался тем, что восстанавливал силы другим. Конечно, всем и сразу помочь не могу, а потому по распоряжению Аллерии в первую очередь я работал с теми, кто, как только будет отдан приказ, продолжат прорыв к вершине храма.
Работал я быстро, четко и скорее машинально, не особо вдумываясь в процесс, ведь мои мысли сейчас целиком были поглощены иным вопросом.
«Что это было?»
В тот момент, когда Туралион добил Терона, я что-то ощутил, а затем мое зрение изменилось на нечто другое. Как будто… словно я снова коснулся Хо и узрел духовный мир. А потому я разглядел черные души мертвецов, что отделились от тел и старательно пытались не развеяться, не уйти за Грань, а остаться тут. Они пытались удержаться, чтобы снова вернуться. Как заблудшие призраки, но с более четким осознанием происходящего.
И затем нечто взяло мою руку и направило силу, прямо на них.
Порыв ветра, но не реального, а того что был в духовном мире просто сдул их всех не позволив закрепиться. Не знаю, что именно случилось, но теперь эта компания даже в теории не вернется. Хотя в тот момент я мог задеть не всех, а кто-то мог бы еще не быть уничтоженным. Потому наверняка сказать невозможно.
— Эйс, помоги мне, — сказал Туралион, подойдя к нашей группе. — Мне нужно возглавлять атаку, а силы на исходе.
— Сейчас…
Закончив помогать Далерону, я занялся уже паладином.
— С ним теперь покончено, — улыбнулся человек, держа в руке ярко-зеленый плащ. — Теперь Ветрокрылые и твои родные отмщены.
— Да… спасибо… Вот бы еще Оргрима казнили…
— Я уверен, короли покончат с вождем орков, — ответил глава нашей армии.
Я же не был так уверен, так как понимал, что политика может решить по-другому. Жизнь вождя может быть кому-то выгодной и ему могут её и оставить. Так что тут я иллюзий не строю. Альянс уже в моем представлении давно превратился в какое-то посмешище. Настоящие защитники нашего мира сейчас тут, рядом со мной, а не там во дворцах, почивая на лаврах победы.
Когда я закончил работать с Туралионом, тот поблагодарил меня и поспешил на помощь остальным.
Я же, когда оказал поддержку тем, кому было приказано до того, как мои собственные силы начали истощаться, присел отдохнуть. Я тоже нужен буду в финальном прорыве, а потому и мне необходимо восстановиться.
Присев я обратил внимание на валяющийся у моих ног зеленый плащ.
В голове вспыхнули те воспоминания.
О том дне, когда я прибыл в родную деревню, когда увидел отступающий отряд орков, среди которых был такой рыцарь в этом самом плаще. Тогда я еще не знал, кто это был, но уже ненавидел его…
— И вот ты мертв… и не от моей руки… — вздохнул я. — Судьба словно не хочет, чтобы я отомстил своими руками…
Однако никакого негодования, гнева, обиды или злости я не ощущал. Да, было неприятно, но более того. Ничего иного. Просто осознание того, что еще один опасный враг повержен.
Как Килрогг, как Оргрим, как другие теперь либо мертвы, либо в темнице.
Просто мир стал чуточку безопаснее и спокойнее.
И ничего иного.
После победы над Килроггом я словно уже «отомстил» и больше не ощущал надобности в чем-то еще. Лишь в нашей победе, чтобы вернуться домой…
— Кто ты? — спросил я, снова ощущая чужое присутствие.
За спиной подул ветерок, и он стал чувствоваться яснее. Все же амулет вождя дает о себе знать.
= То, что ты и так знаешь, — произнес голос.
— Ты использовал меня, чтобы расправиться с их душами.
= Их зло… не должно больше отравлять мир…
— Что тебе нужно от меня?
= Твоя ненависть… она нужна мне… чтобы отомстить…
— За что отомстить?
= Обиды… предательство… нарушенные обещания и клятвы… трусость…
— Я не понимаю.
= Когда придет время, поймешь…
С этими словами голос затих снова.
Опять что-то невразумительное.
Отдохнув я поднялся на ноги и затем ощутил, как дрожит земля. Ветер вокруг Черного храма усилился, а на его вершине засверкали молнии.
— Ритуал… начался…
Глава 52. Ветер ненависти
— Унэ’май, нема лема дус! Унэ’май, нема лема дус! Унэ’май, нема лема дус! — бормотали окружающие магический круг колдуны отдавая свою силу для поддержания рун. Чернокнижники вливали свою нечестивую силу в письмена, вырезанные на полу и стены, помогая с поддержкой структуры заклинания. В это время шаманы отдавали свои силы Нер’Зулу, поддерживая его в центре всего этого действия, и укрепляли окружающий энергетический фон.
Сам верховный шаман Дренора стоял в центе сложного круга, что сиял Скверной и Тенью, когда энергия душ крутилась вокруг него. В одной руке он сжимал Скипетр Саргераса, коим он создавал течения силы и задавал направление с помощью этого ключа ко всем мирам. В другой же он держал Око Даларана, пока оно фокусировало энергию всего мира, собирая её в одной точки, которую потом подхватывал жезл.
Сам орк зачитывал сложное и многоуровневое заклятье прямо из Книги Медива, что держал в своих руках Обрис. Слова срывались с губ Нер’Зула гортанными, но все же четко произнесенными формулами, сложнейшими изъяснениями, что позволяли направлять энергию Арканы.
То, что в свое время делал Медив, будучи под контролем Саргераса, поддерживаемый отправной точкой, которой являлся Гул’Дан.
Однако Нер’Зул не Медив и не владеет таким невероятным контролем и могуществом, а также у него нет путеводной звезды, на которую можно ориентироваться через Круговерть Пустоты.
Именно поэтому верховному шаману и нужны были эти артефакты, а также место силы в нужный день, чтобы компенсировать все недостатки. Скипетр Саргераса позволял открывать порталы в другие миры, Око фокусировать окружающую энергию, а Книга позволяла понять, как с этим работать. В нужный день, когда звезды выстраиваются в правильное положение сама мощь лей-линий Дренора увеличивается в несколько раз и обуздав её можно совершить даже то, что считается невозможным.
Часы ритуала текли одни за другими. Колдуны и шаманы выбивались из сил и падали в обморок, чтобы быть заменены другими. Помощники оттаскивали бессознательные тела и помогали истощенным прийти в себя и отдохнуть, чтобы потом снова изнурять себя ритуалом.
Лишь сам Нер’Зул не менялся и продолжал свое дело.
Мощь самого мира поддерживала его, равно как и Скверна, горящая внутри, пламя которой так сладко наполняло душу спокойствием и уверенностью. Он не позволял никаким мыслям и чувствам нарушить свою концентрацию, когда колоссальное количество энергии сфокусировались перед ним.
Воздух гудел и становился словно осязаемым, молнии били во все стороны, порой поражая того, кто не успевал укрыться.
Сам Карабор дрожал от переполняющей его мощи, от чего трескались стены, потолки и полы. Дикая вибрация прокатилась, словно, по всей долине Призрачной луны, чтобы затем снова собраться воедино прямо в руке Нер’Зула!
— УГРАХА ДАНГРА! — прокричал верховный шаман, и в следующий миг сконцентрированная сила ударила от его посоха прямиком в пустоту перед ним.
ВЗРЫВ!
Энергия вспыхнула дикой ударной волной, что отбросила почти всех членов ритуала и тех, кто его поддерживал и охранял. Лишь сам исполняющий и державший книгу Обрис остались неподвижны, защищённые вовремя выставленным магическим барьером.