*У меня самая обычная семья,* — подумала она, наблюдая, как отец завтракает, уткнувшись в газету. *Папа почти сутками на работе, так что видим мы его редко. Мама работает в магазине неподалёку, но тоже часто задерживается. С утра до вечера я обычно одна, зато по выходным мы изредка собираемся все вместе, смотрим старые фильмы и едим попкорн. Я учусь в средней школе, особых хобби у меня нет, друзей тоже немного — всего два-три человека. Делаю уроки, помогаю по дому и маме в магазине. В общем-то, меня всё полностью устраивает. Это моё тихое, тёплое счастье.*
— Всё, я пошла, — сказала Сора, допив свой апельсиновый сок и направляясь в прихожую. Перед выходом она мельком взглянула в зеркало, поправила выбившуюся прядь каштановых волос и натянула на плечи пиджак школьной формы.
— После уроков сразу домой, не задерживайся. Хочу поговорить. И, кстати, позови моего будущего зятя на ужин, я по нему соскучился! — подколол дочь отец, выглянув из-за газеты с хитрым блеском в глазах.
Та лишь тяжко вздохнула, но уголки её губ предательски задрожали.
— Дорогой, не надо так, у них ещё ничего не серьёзно, — вступилась за дочь мать, но и она улыбалась.
Сора закатила глаза, делая вид, что ей это смертельно надоело, хотя на самом деле эти утренние перепалки на одну и ту же тему уже стали милой, уютной традицией, частью её утра.
— Удачи в учёбе, доченька! — искренне пожелала мать, помахав ей рукой с порога кухни.
Сора крикнула «До вечера!» и вышла за дверь, за которой тут же раздался шлепок полотенца и сдавленный смех отца. Эта звуковая картинка заставила её улыбнуться в одиночестве лестничной клетки.
Тем временем Сора шла по аллее. На улице было слегка прохладно и невероятно свежо. В воздухе витал чистый запах вчерашнего дождя и свежей, промытой земли. Крошечные лужицы на асфальте, словные осколки зеркал, отражали бегущие облака и клочки голубого неба. С веток плакучей ивы, растущей у поворота, медленно скатывались тяжёлые капли, падая ей на макушку с тихим «плюхом». Сора успела доехать до метро, запрыгнув в вагон прямо перед мягким шипением закрывающихся дверей. Она нашла свободное место у окна и села, уставившись на мелькающие в тоннеле огни. В полупустом вагоне она боковым зрением заметила Эрика, своего одноклассника. Никто из них не обратил внимания друг на друга вначале. Эрик был увлечённо погружён в чтение книги, и солнечный луч, пробивавшийся в окно на очередной станции, золотил его густые каштановые кудри.
Парень он был спокойный и заботливый, с тёмными, зелено-карими глазами, которые меняли оттенок в зависимости от света. Сложением он явно напоминал спортсмена — плечи были широкими, осанка прямой. Был он, как и все, в школьной форме, но даже на нём она сидела как-то по-особенному аккуратно. Сора мельком разглядела название на обложке — «Признак...». Продолжение Эрик прикрывал рукой, и разглядеть ей удалось лишь из-за лёгкой качки вагона, когда буквы на мгновение поплыли у неё перед глазами: «…потери».
— Остановка «Улица Легкая», — прозвучал из динамика безэмоциональный женский голос.
Сора собралась и направилась к выходу. В этот момент Эрик наконец оторвался от книги, его взгляд скользнул по пассажирам и остановился на ней. Он слегка дёрнул её за рукав, и по его щекам пробежал лёгкий румянец, контрастирующий со смуглой кожей.
— Сора, а почему ты меня не окликнула? Теперь я чувствую себя неловко. Надо было поздороваться. Я тебя не обидел? Что-то случилось? — забеспокоился парень, торопливо засовывая книгу в рюкзак.
— Всё хорошо, просто думала, что ты увлечён, — ответила брюнетка со слабой, но ободряющей улыбкой.
— Может, не выспалась? — не унимался Эрик, шагая рядом с ней по перрону.
— Правда всё в порядке, я, наоборот, очень хорошо выспалась, — с уверенностью заверила его голубоглазая девушка, вдыхая свежий воздух улицы.
— Ну, хорошо тогда... Сора, если ты не против, давай дойдём до школы вместе? — спросил он с искренней надеждой в голосе, поправляя ремень рюкзака.
Сора собиралась по пути зайти за Наото, чтобы он потом не ныл, что его забыли. Она мысленно взвесила варианты, представила обиженное лицо Нао и внутренне сдалась. Что поделаешь.
— Конечно, давай, — просто кивнула она.
На лице Эрика тут же расцвела такая яркая, открытая улыбка, что казалось, солнце вышло из-за туч именно для этого. Румянец исчез, сменившись выражением полного счастья.
— Слушай, что это за книгу ты читал? — спросила Сора из любопытства, когда они свернули на тихую улицу, обсаженную молодыми клёнами.