— Нет... Я хочу, чтобы он пожалел о своем решении перейти мне дорогу. Почему наши братья, а эльфы нам действительно не чужие, пытаются нас убить, а Ассури, которых мы все ненавидим и презираем - ходят по краю лезвия ради нашего спасения? Он пытался заставить меня ее изнасиловать. Он пытался заставить ее...
— Это был клинок нашей тётушки. На лезвии "Драконьи слёзы". Я дам тебе антидот. Ради него он пойдет на многое. Посидим немножко и пойдем на сбор, да?.. Эд, пожалуйста. Расслабься... Мы справимся. Мы в двоем сможем все. — Эден до боли сжимает брата в объятиях. Всегда рядом только он. В радости он искренне радуется за его успехи, в беде подставляет свое слишком крепкое для столь юного возраста плечо. У них разница в возрасте почти сотня лет, но когда они сидят вот так, рядом, кажется, словно они оба маленькие пятилетние мальчишки, хрнящие между собой огромный секрет...
— Конечно сможем, Аро... Но я тебя не отдам Избраннице. Тема закрыта.
— Мы будем молиться за девчонку, Эд... Мы будем молиться...
_________________________
Псы Соры сидели в домике на территории мёртвого города. После встречи с Ассасинами они все больше убеждались в верности своего решния.
Во-первых встретили их во всеоружии по меньшей мере полсотни бойцов. Значит они всегда готовы к бою даже на своих территориях. Значит умны.
Во-вторых выслушали их без перебиваний. Качественно проверили воспоминания, не залезая никуда кроме нужного, не разбивая щиты...
И они помогли перенести душу тигра в чужое тело...
— Мы бы хотели помочь нашей сестре. Но мы всех направляем на фронт. Максимум что мы можем сделать - дать вам знания Ассасинов и Веру. — Лидер псов приподнял бровь. — Ассасин не имеет права бить своих братьев и сестер в спину. Должен хранить все полученные знания в секрете, применяя их во благо гражданского населения. И никогда не оставлять своих братьев и сестёр в беде. Под присягой Ассасина вы станете частью нашего братства так же, как и Сора. И тогда у вас будет официальная причина защищать ее от нашего лица.
— А зачем нам эта присяга?
— Чтобы мы поверили вам. Чтобы Сора поверила. Единственные, кому верят Ассасины - это Ассасины. — Ироничный смешок. Сора-то конечно, только Ассасинам и верит, ага...
А потом начался ад. Присягу Ассасинам они принесли спокойно. А потом в голову волной начали влетать чужие воспоминания, опыт чужих жизней, какие-то непонятные образы, миры...
Сквозь стену боли донеслось тихое "Тело не отторгнуло душу. Мертвый восстал"
Значит они и тигра вытащили с того света... Хорошие мужики... Жаль, мир не тот...
— Ваша вера - ваш щит. Ваши знания - ваше оружие. Пусть священный дракон озарит ваш путь!
К клинку на запястье каждый отнесся скептически, но спорить псы не осмелились. Не против превосходящего количества противников...
— Этот священный дракон будет вашим маяком во тьме, братья. Отныне и навеке. Мы едины! — На стенах вспыхнули факела.
— Мы едины! — Отозвались хором присутствующие на церемонии посвещения Ассасины.
— Везение Соры связано с такими воспоминаниями? — Едва оправившись от промывки мозгов спросил один из псов.
— От части. Интуиция человека зависит от его памяти. А от чьей памяти это не важно. Светлого пути, братья. Ваша броня около стены. Мы будем молиться за вас.
_________________________
— До нестабильных земель вы пойдете пешком. Сархим, ты выдержишь? Идти около недели... Навры, конечно, могут довезти вас до ближайших нестабильных границ... Но даже так вам два дня придется преодолевать по лесам.
— Справлюсь. Главное чтобы был большой запас питьевой воды. — Инферал смотрел на нервных представителей различных рас и злорадствовал в глубине души. Эльфы и дроу сверлили друг друга презрительными взглядами. Наг периодически трясся в приступах ненависти ко всем присутствующим, которые так же периодически намекали ему, что иномирянка не примет его облик. Удерживал его от трансформации некромант, который в свою очередь поливал присутствующих литрами сарказма. Кроме самого Инферала терпение сохраняло только одно существо - оборотень. Они, если честно, тот еще хитрожопый народец, сеящий хаос везде, куда придут, но сейчас все справлялись и без них.
— А где драконы и что здесь делает Некромант? — Подал голос Инферал, пытаясь перекричать толпу, обвиняющую друг друга во всем на свете. Услышав вопрос, светлые и тёмные на время забыли о своих распрях и перевели свой яд на поминание родословной ящеров вплоть до их создателей. У Сархима начала побаливать голова. Поэтому он не любил выходить на сушу.
— Дурдом... — Вздохнул оборотень, дёргая пушистыми огромными ушами.